— Ты избегаешь меня. За последние три недели я видел тебя всего один раз. Ты до сих пор думаешь, что я сделаю что-то против твоей воли? — Феликс не отводил от меня взгляда, скорее всего, полностью сосредоточенный на считывании моих эмоций.
А я чувствовала… целый спектр чувств, как и всегда в присутствии Феликса. Я видела, что причиняю ему боль. Тем, что избегаю его, тем, что не доверяю ему. Он и не пытался этого скрывать. Да и Адриан не случайно упомянул об этом, скорее всего, Феликс неловко проговорился о том, что баронесса Торнхар избегает его.
"
"Я мечтала бы испытывать равнодушие в этот момент. Моё тело, казалось, было настроено на то, чтобы постоянно ощущать его присутствие, сердце ускоренно забилось от одной мысли о том, что мы были здесь одни. Ни один мужчина не волновал меня так, как Феликс. Постоянное присутствие и ухаживания Оливера, первого красавца королевства, никак не затрагивали мою душу, в то время как от одного взгляда Феликса я сразу же терялась.
Но это больше не влюбленность. И тем более не любовь.
Это простое физическое влечение. Потому что любви и даже влюбленности без доверия не бывает. А я не доверяла ему и постоянно ожидала от него подвоха.
Я не могла понять, как Феликс представлял наше дальнейшее общение, даже в рамках формальных отношений сезюрена и подданной.
— Да, я так думаю. Я не понимаю, почему мне до сих пор не подобрали жениха. Моё присутствие здесь, во дворце, разрушительно… для меня и для тебя. Если ты позволишь мне уехать, всем будет легче.
— Нет.
Мне, черт побери, точно не будет легче. Сейчас я по крайней мере знаю, что ты рядом, даже при том, что я почти тебя не вижу. Я не сделаю ничего против твоей воли, Элли, пожалуйста, поверь мне. Я не заставлю тебя. Я безумно хочу тебя, но я не буду приказывать. Я хочу, чтобы ты была со мной добровольно.
— Хорошо, я поняла. Ты пришёл мне это сказать? Это ничего не меняет. — Я старалась говорить максимально отстранённо, хотя внутри все переворачивалось от слов Феликса.
— Я пришёл, чтобы попросить тебя не принимать гражданство империи.
— Взгляд Феликса был тревожен, он смотрел на меня прямо, челюсти сжаты, но он старался не выдавать своего волнения.
— Понятно… Адриан проболтался? — Это было обидно. Адриан, рассказав о моих планах, сильно подставил меня. В конце концов, Феликс был не только его лучшим другом, но и моим королём. Нужно спросить друга, почему он это сделал, но точно не сегодня — он и так будет слишком взволнован предстоящей операцией.
