— Это да, это конечно, — солидно кивнул Трофим, — опознание, это уж как полагается… Однако беспокойство тут начнется, ходить будут всякие, антисанитарию разводить…
Поскольку бутылка коньяка благополучно перекочевала в карман его несвежего халата, настроение отставного живописца значительно повысилось, и он уже собрался уединиться и приступить к дегустации благородного напитка, но посетитель, представившийся племянником покойницы, все не уходил и снова начал искушать нестойкую душу Трофима:
— А как насчет литра?
— Это значит — еще одного литра? — уточнил сообразительный Трофим, поглубже засовывая прежде заработанное питье.
— Само собой, — подтвердил племянник.
— Что надо сделать? — деловито осведомился Трофим. За литр хорошего коньяка он запросто согласился бы продать незнакомцу всех своих подопечных покойников в оригинальной подарочной упаковке. Но того покойники больше не интересовали. Он задумал такую шутку, что Трофим, выслушав, что от него требуется, расхохотался.
— И за это литр? — на всякий случай еще раз уточнил осторожный санитар. — Да со всем нашим удовольствием! Это же надо, такую штуку придумать! Это просто умереть можно со смеху!
— Умирать не нужно, по крайней мере, пока все это не закончится, — сказал «племянник» на прощание.
* * *— Лолка, дело на мази! — весело приветствовал Леня открывшую ему дверь Лолу. — А что ты такая сердитая?
— А тебе не приходит в голову, что я боюсь? — процедила Лола.
— Слышал, слышал! — Леня удалился в ванную и теперь старался перекричать льющуюся воду.
— Ты боишься не за свою жизнь, а за Пу И, который останется сиротой. Не горюй, обещаю тебе позаботиться о малыше…
— Дурак ты, Ленька, — тихо сказала Лола, — я боюсь за тебя…
— Что ты там бормочешь, из-за воды не слышно! — кричал Маркиз. — И вообще, есть очень хочется, ты что-нибудь приготовила?
Лола молчала, и Леня забеспокоился.
— У тебя что — весенний упадок сил, что ты такая бледная? — Он высунулся из ванной.
«У меня аллергия на тебя!» — рассердилась Лола, но вслух ничего не сказала.
— Так я не понял — есть нечего или как? — теперь в голосе Лени послышалось раздражение голодного мужчины.
— Или как, — буркнула Лола, — когда это я тебя оставляла голодным?
И действительно, при виде свиной отбивной, занимающей полтарелки, Леня восторженно охнул. Лола положила еще разноцветный овощной гарнир и придвинула поближе миску, наполненную зеленым салатом.
