Эмма наблюдала за ними издалека, осторожно потирая лодыжку. Ей было уже не так больно. Когда Кира провела Жасмин через все препятствия и помахала ей, девочка улыбнулась и захлопала подруге.
Эмма встала и прислонилась к забору. Она хотела проверить, сможет ли перенести вес на больную ногу. Да, ей и правда стало намного лучше. Наверное, стоит попросить Лиз отвязать Искру – если она, конечно, разрешит. Вдруг поблизости раздался странный писк. Девочка огляделась вокруг. Плац[3] располагался совсем рядом со старым, ветхим сараем, который Лиз хотела снести, чтобы расширить манеж для выездки.
Там находились стойла, но в них больше никто не жил. Однако звук исходил именно оттуда! Эмма не сдержала любопытства и захромала к полуразвалившейся двери. Несколько нижних досок напрочь сгнило.
Девочка отодвинула щеколду и с опаской заглянула внутрь. Вдруг там случайно оказалась заперта птица и сейчас влетит ей прямо в лицо? К счастью, птиц в сарае не было. Только хрипло скрипнула дверь и вновь раздался тихий, нежный писк.
Эмма медленно подошла к дальнему стойлу – кажется, звук раздавался из него.
Она замерла у открытой дверцы. На полу ещё валялась солома, собранная в небольшую кучку в углу. Там кто-то пищал, и Эмма даже испугалась, что это крыса.
Тут из соломы показалась чёрная головка, и девочка удивлённо рассмеялась.
– Тигги! – громко шепнула она. – Ты не знала, что Лиз о тебе беспокоится? Что ты здесь делаешь?
Кошечка с опаской взглянула на Эмму и навострила уши. Та нахмурилась.
Она никогда не слышала, чтобы Тигги так пищала. И в соломе явно скрывался кто-то ещё – маленький, нежный и тёмный. И не один.
– О, Тигги! Ты… – Эмма прижалась к двери и пригляделась к кошке, стараясь её не напугать. Про больную лодыжку она и думать забыла. – Да у тебя котятки!
Глава вторая
Очаровательные котята тыкались друг в друга носиками, ворочались в соломе и прижимались к матери. Сначала Тигги с подозрением наблюдала за Эммой, а затем решила, что девочка ничего им не сделает, и продолжила вылизывать малышей.
Девочка изо всех сил старалась не хихикать. Видимо, кошка намеревалась как следует их умыть, чтобы они выглядели такими же ухоженными, как она сама."
"– Теперь ясно, почему ты так много ела! Не переживай, Тигги. Я к тебе не подойду. – Эмма облокотилась на дверцу и посчитала котят. – Их трое, – прошептала она. – Два чёрных и один серый, полосатый. Надо скорее порадовать остальных! – Но ей вовсе не хотелось уходить.
