— Боже мой, леди Букхэвен! Как поживаете? Ваше лордство, вероятно, не помнит, — миссис Броти! Я имела честь встречать вас у… у… Господи, я скоро позабуду собственное имя! Кстати, вы, вероятно, знакомы с моей кузиной, леди Баттерстоун! Милая Альбина, добрейшее существо! Миледи позволит представить ей мою дочь?
Миссис Броти произнесла свой монолог с таким добродушием и так дружелюбно, что совершенно обескуражила Мег, у которой оказалось гораздо меньше жизненного опыта, чем она предполагала.
Она, несомненно, знала леди Баттерстоун, но никогда не встречалась с миссис Броти. В то же время, чувствуя, что леди Баттерстоун, довольно легкомысленная особа, все же без колебаний отмела бы претензии на знакомство со стороны миссис Броти, сама решительно не умела этого сделать. Кроме того, ей показалось, что Китти знакома с мисс Броти: они так мило и с большой симпатией друг к другу щебетали. Миссис Броти, многословная и самоуверенная, говорила о Китти как о старой знакомой, соединяя ее с дочерью, подшучивая над отсутствием интереса к покупкам у обеих девушек и высказывая надежду, что они еще успеют наговориться в другой раз.
Она даже осмелилась сообщить Мег, что они остановились в отеле «Ганс-Креснт» — хорошенькое местечко, скажет леди Букхэвен! — и даже вырвать у ошеломленной Мег что-то вроде изъявления надежды на продолжение знакомства.
В этот момент миссис Броти получила свои покупки и принуждена была отодвинуться от прилавка. Во время монолога своей матери Оливия стояла с потупленными глазами, зардевшись. Быстро взглянув на Китти, она сказала негромко и совершенно убитым тоном:
— Ради Бога, простите! Я смею заметить… должна сказать, мы больше не увидимся! Я не хочу…
Движимая жалостью, Китти перебила:"
"— Отчего же, надеюсь, мы встретимся!
Мисс Броти схватила ее руку:
— Благодарю! Вы такая замечательная! Я очень бы желала!.
. Знаете ли, у меня нет друзей в Лондоне, вернее подруг! О, мама меня уже зовет! Я должна идти, до свидания! Так счастлива была…
Последние слова растаяли в воздухе, последовал скромный реверанс в сторону Мег, и Оливия двинулась за матерью к дверям.
— Китти, ради Бога, кто это? Откуда ты их знаешь?
— Но я их вовсе не знаю! — ответила Китти.
