Котоводство по-рыжему

Стоил он дороже, чем все мои флаконы в ванной вместе взятые, я знаю.

– Не бурчи там! – крикнул кот. – Мне предстоит в кратчайшие сроки сделать из рыжей замарашки холеную красивую ведьмочку. Завтра же приступим!

Пока я намывала Маркиза, он важным голосом рассказывал мне про стихии, про то, как обычно ведьмы подключаются к ним. Потом велел попытаться почувствовать силу текучей воды.

После я сушила его феном. Причем не своим, простым феном простой девушки из простой жизни. А мощным, дорогущим, от известного бренда, со специальными насадками.

И да, фен был его личный. Мечта девушек из соцсетей, для Маркиза он был просто его феном. И мачеха всегда сушила Маркиза именно им. А я вот посматривала и думала, разрешит ли он и мне им посушить волосы? Интересно же, сама я такой не смогу купить. За такие-то деньжищи…

Потом я вычесывала Маркиза его личной щеткой. Мазала подушечки его лапок личным кремом. А после подключала на кухне его личные поилку и кормушку.

Наконец легли спать. Кажется, я начала дремать, едва моя голова коснулась подушки.

Но еще успела почувствовать, как Маркиз запрыгнул на кровать, потоптался по мне, потом лег рядом, прижавшись боком. И уже совсем проваливаясь в сон, я услышала:

– Эх, ты, сиротинушка одинокая. И я такой же теперь. Спи, новая хозяйка. Со мной не пропадешь. – И он громко замурчал.

И от этого его громкого тарахтения я словно в детство вернулась. Он иногда усыплял меня так, когда мы только переехали с папой в большую чужую квартиру. Мне было страшно. Красивая недоступная роскошная мачеха.

Сводные сестры, смотревшие на меня как на замарашку приблудную. Папа, впервые за всю мою жизнь влюбившийся и женившийся снова. Маму я не знала, она умерла через неделю после родов. И воспитывал меня только папа. Мы были с ним всегда вдвоем. А потом и его не стало. А теперь он даже похоронен не рядом с моей мамой, а рядом с мачехой. Вернее, она рядом с ним, а не возле своего первого мужа. И так бывает.

А назавтра началась новая жизнь. Маркиз учил меня быть ведьмой.

Получалось так себе, но я старалась. И да, завела свой гримуар. Для этого пришлось съездить в специальный магазин, потратиться на очень недешевую толстую книгу для записей. Выдержать ее в соли, потом в лунном свете и под солнечными лучами. Заговорить ее специальными словами, опалить огнем, активировать своей кровью. И только тогда начать записывать что-то.

– Это только начало, – загадочно сказал кот на мое фырчание, что это все баловство какое-то странное.