Коварная ложь

– Я знаю твою тайну, – прошептала она, забираясь мне на колени, – ты мой Бен.

А потом она поцеловала меня. Крепко. В губы. И я понял, что хочу все ее поцелуи. Но она была пьяна, а у меня кружилась голова. Закручивалась спиралью от неверия в происходящее.

То есть Бенкинерсофобия.

То есть Эмери Уинтроп была моей Дургой.

Каковы были шансы подобного?

Вот и говорите после этого, что Судьбы не существует.

Таран бил меня в голову.

Либо у меня было жесточайшее похмелье, либо я заболела. Было похоже на то и другое одновременно.

Я проследила, как Шантилья выгребла весь йогурт из холодильника. Ханна предпочла газировку. Кайден проглотил мясное ассорти. Ида Мари поедала сыр, не очищая его, как ненормальная.

Я переросла отказ от еды Нэша, но часть меня задавалась вопросом, прекратит ли он готовить мне обеды, если я уступлю и съем еду при свидетелях.

Я высморкалась в салфетку, испытывая искушение свернуться калачиком на постели в свободной комнате пентхауса. Настоящий матрас и шелковые простыни, в которых нитей было больше, чем денег на моем банковском счете.

Этим утром я вошла в свою гардеробную и нашла ее пустой. Сначала накатила паника. Затем пришла ярость. И только потом ко мне вернулось зрение.

В записке на полу значилось:

«Я бы дал тебе ключ, но мы оба знаем, что он у тебя уже есть.

Написано не почерком Нэша, что имело смысл, поскольку все это время он был со мной. Скорее, это было написано рукой Делайлы.

Я все еще пялилась на холодильник, когда вошел Нэш.

– Я думал, это осталось позади.

Я потянулась за пакетом сока и снеками со вкусом пиццы с пепперони. Бедром я задела «Джана Спорт». Куча салфеток посыпалась на пол.

Нэш заметил их, учитывая, что их было очень много.

– Ты больна? – Он изверг целую литанию проклятий. – Я же говорил тебе, ты заболеешь под этим дождем.

– Разве я сказала, что больна? – Я открыла снеки и съела их, улыбаясь ему, несмотря на то что рот и нос у меня был забиты. – Нам что, пять лет? Не будь таким.

Нэш собрал мой рюкзак.

Я впилась в новый кусок пепперони.

– Я уже открыла это. – Упаковка дрожала в моих замерзших пальцах. – Не могу бросать недоеденное.

Он вынул пакет у меня из рук и швырнул его на стол рядом с йогуртом Шантильи.

Она вскочила из-за стола.

– Доешьте.