Коварная ложь

Казалось почти странным, как мы притворялись, что все было в порядке, что действия моего отца не привели к смерти его отца, пусть даже косвенно. Я знала, что не отец заставил сердце Хэнка остановиться… точно так же я знала, что этого никогда бы не случилось, если бы Хэнк не испытывал такое напряжение из-за потери сбережений всей своей жизни и не был вынужден работать на трех работах, чтобы вернуть их… и обеспечить обучение Рида в университете.

– Я знаю. Мне жаль. – Я прикусила губу и сдержала извинения, потому что, как всегда, я имела в виду нечто большее, чем то, за что я должна была извиняться.

«Мне жаль, что я слишком труслива, чтобы читать собственные письма. Мне жаль, что я облажалась с твоим братом. Мне жаль, что так вышло с твоим отцом». – Но я буквально не могу заставить себя читать почту.

С каждым щелчком его клавиатуры росло мое беспокойство.

– Хорошо. – Он тяжело вздохнул. – Заголовок: «Эмери, приготовьтесь к успешному погашению долгов».

За стеной, будто почуяв мое беспокойство, залаял чихуахуа моего соседа.

Сквозь тонкие стены я услышала, как сосед закричал на щенка, но он лишь залаял громче. Моим тотемом стал трехмесячный чихуахуа, который весил фунт три унции и откликался на имя Мучача. (На самом деле Мучача был не маленькой сукой, а кобелем с вполне настоящим членом – я видела пару раз, как он его вылизывал.)

Я выключила громкую связь и поднесла телефон к уху.

– Я знаю, что там в заголовке, – огрызнулась я, когда Мучача наконец перестал лаять. – Черт. Извини.

Бедность гнетет – люди часто говорят эту фразу, но никогда не понимают смысл, пока не становятся бедны сами.

Неоплаченные счета всегда находят способ прокрасться в твое сознание, когда ты стоишь перед кассиршей продуктового магазина, задерживая очередь, пока она зачитывает цифру, до которой тебе не хватает нескольких долларов. Желание, чтобы земля разверзлась и поглотила тебя целиком, становится неотъемлемой частью твоей жизни.

На самом деле я знала, что будет в письме. Я закончила семестр раньше, и мой шестимесячный студенческий кредит скоро закончится.

Мне нужна была работа. Предпочтительно – вдали от дома, но, кажется, никто в этом штате не даст мне ее.

Фамилия Уинтроп вызывала лишь ненависть в Северной Каролине. Не без причины. Слишком много жизней пошло под откос, включая – напомнила я себе в миллионный раз – жизнь отца Рида.

Мне никогда не отблагодарить Рида за его терпение, особенно когда я становлюсь похожей на Халка, а в последнее время это случается часто.

– Да.