Коварная ложь

Сам ищи себе детектива.

Я бы отнесся к этим словам более серьезно, если бы она не взяла Роско на руки и не погладила прядь волос на его теле.

– Я заслуживаю надбавки.

– Но она мне не нужна.

Ее муж происходил из старой аристократии. Следующие десять поколений ее семьи могли не работать и при этом проспонсировать десять франшиз уровня «Звездных войн».

– Что тебе нужно, Ди? – Я изогнул бровь, уделив ей все свое внимание.

– С чего ты решил, будто мне что-то нужно?

– Никто ничего не делает по доброте душевной.

– Ты делаешь. – Она так считала. – Ты капризный мудак, но ты ночи не спишь, кормя людей в своих толовых, в какой бы город мы ни приехали, ты заботишься о своей семье, ты жертвуешь на благотворительность чертову прорву своих доходов, и ты никогда не пройдешь мимо нуждающегося, не оказав дорогостоящей помощи.

По ее словам, я являлся святым, которого сделал из меня Истридж. Реальность имела с этим мало общего. Слово «искупление», вытатуированное на предплечье у локтя, напоминало мне об этом всякий раз, когда я раздевался и смотрел на себя в зеркало.

Я проигнорировал ее речь о канонизации святого Нэша Прескотта и перешел к делу.

– Мне нужен кто-то, не связанный с компанией. Не следователь твоего юридического отдела. Независимый детектив, не боящийся замарать руки.

«Кто-то вроде Фики», – не сказал я.

Кажется, сжигать мосты вошло в привычку. Я бы даже посчитал это хобби, если бы эти мосты не были нужны мне, чтобы ходить по ним.

– Что ты хочешь расследовать? – Изумрудный взгляд изучал меня, ожидая какой-нибудь оговорки.

– Ву упомянул о ком-то еще, кто выиграл на скандале с «Уинтроп Текстиль». Я хочу знать, кто это.

– Мы не поговорим о том, как ты оказался одним из этих двоих получателей выгоды?

Она чуть помедлила, и наконец в ее взгляде мелькнуло нечто помимо безразличия. Может быть, вина.

– Насчет Эмери Уинтроп…

Я поднял ладонь, чтобы остановить ее.

– Я знаю. Избавь меня от лекций. Прошлым вечером она гастролировала тут с кейтеринговой компанией.

– Что? – Она качала головой, пока Роско не куснул ее за шею, чтобы она прекратила. – Нет, все не так. С чего ты решил?

Я отодвинул ноут, проигнорировав последний вопрос.

Она уперлась бедром в стену и почесала живот Роско – нервная привычка.

Я уже понял, что возненавижу кульминационный момент этой истории.

Не потому, что я ненавидел Рида. Напротив. Я не ненавидел его. Это он ненавидел меня, и я не винил его за это.