– Ты бы все равно не прошла. В этот институт проходят только те, у кого денег помойка или папаши с мохнатыми лапами, хи-хи. У тебя есть такой?
– Какой надо, такой и есть! – огрызнулась Наташа и понеслась к отцу, вернее, не отцу даже, а к отчиму.
– Здесь, дочка, извини, ничем не могу помочь. Ни сам с элитой театральной не знаком, ни друзей из этого круга не имею. Да и не получится, наверное, если уж не взяли…
С ним Наташа спорить не хотела, как-никак он только что подогнал машину, нужно бы еще и гаража дождаться. А вот к настоящему отцу…
Еще в далекие годы правильная мамочка Наташа развелась с ее неправильным отцом, который не хотел расти духовно, не прочь был выпить и дальше сантехника высшего разряда себя не мыслил.
Тот уже давно жил своей новой жизнью, с другой семьей и о прежней жене и дочке вспоминал не часто. Наташа нашла отца и заявилась к нему домой. С первого взгляда она поняла, что этот господин и не господин вовсе и помочь в ее многотрудном деле никак не сможет. Она так была разочарована, что устроила папаше грандиозный скандал, такой, который потряс Кирилла Назаровича до самых глубин сердечных.
– Подожди, Паш, это что же… Кирилл Назарович – это… это ведь наш Кирюша заполошный! Это он, что ли?.. – прикрыла рот ладошкой Василиса."
"– Да! Кирилл Назарович родной отец Наташи Бедровой. Он потому и театр организовал. Только из-за дочери. Все инстанции прошел, доказал, что необходимо для детей досуг соорудить, эстетическое воспитание приплел, патриотическое, даже национальный вопрос задел.
Ему в конце концов пошли навстречу, а потом и вовсе его идеей какая-то шишка загорелась и во всем стала Кирюшу прикрывать: свет у артистов отключить? Во имя высокой идеи, пожалуйста! В принудительном порядке к репетиции призвать – пожалуйста! Ах, на вас кто-то жалуется? Прикроем, только работайте! И Кирюша зажегся. Только в драмкружок его доченька не пошла – больно мелко для звезды ее размаха. А тот и не сильно упрашивал. Он уже жил своим детищем. Костюмы шил, сценарии сам писал, артистов по всем дворам искал, а когда находил, носился с ними как с писаными торбами.
У Натальи же дела совсем из рук вон плохо пошли. Отчим ушел на пенсию, как ни топала Наташенька божественной ножкой, остаться на заводе ни в какую не согласился. Да и мать за него горой встала:
– Ты что, хочешь отца совсем в могилу загнать? Сколько ему можно на вредном производстве горбатиться?
А Наташина звезда все не загоралась. Тут попался девице журнальчик с интервью одной знаменитой актрисы.
