Козырной туз

Однако Нелл знала, что граф Кард сейчас чертовски красив со своими черными кудрями, которые выглядывают из-под повязки на голове. Одет он был с безукоризненной элегантностью лондонского джентльмена. Белоснежная рубашка, белый шелковый жилет и темный сюртук. Сдержанная элегантность графа нравилась Нелл больше, чем кричащий наряд сэра Чонси. На нем был жилет с вышитыми желтыми бабочками и красновато-коричневый сюртук. Слава Богу, баронет весь вечер сидел, наклонившись к леди Люсинде. Как хорошо, что Редферн не задержался с десертом!

Алекс не мог припомнить такого долгого ужина.

Разговаривать с леди Хаверхилл не имело никакого смысла, от жеманства и высокомерия леди Люсинды его тошнило. К тому же, к его огромной досаде, из-за огромного букета, стоявшего в центре стола, он не видел Нелл.

Заметив ее перед ужином в гостиной, Кард подумал, что сегодня она еще прелестнее, чем обычно. В розовом платье, отделанном белыми кружевами, Нелл была похожа на ангела. Она уложила волосы в более модный пучок, выпустив несколько золотистых прядей, обрамлявших щеки.

Наверняка здесь не обошлось без помощи горничной леди Люсинды. Алексу очень хотелось, чтобы Нелл ему улыбнулась. Хотелось дотронуться до ее белокурых локонов и увидеть, как она залилась румянцем от смущения.

Но вместо этого Карду пришлось с нетерпением ждать окончания ужина, пялясь на цветы в центре стола. Напоследок, зная, что у Нелл нет музыкальных способностей, леди Люсинда предложила устроить небольшой концерт. Она сама села за фортепиано и, аккомпанируя себе, стала петь.

Она пела романс за романсом, и казалось, этому не будет конца. Алекс вызвался переворачивать ноты, чтобы не видеть, как за почетное право делать это для дочери герцога мужчины готовы были подраться.

Гости, которые прибыли из деревни, отправились домой, леди Хаверхилл пошла спать, герцог и тетя Хейзел играли в карты, а усталая Нелл с трудом скрывала зевоту. Потом к леди Люсинде присоединился Сэр Чонси, у которого был баритон, и они стали петь дуэтом, Пибоди подпевал, а Алекс с нетерпением ждал, когда это кончится, продолжая переворачивать ноты.

Наконец Редферн вкатил в комнату сервировочный столик с чаем. Сэру Чонси пришлось в конце концов отправиться в гостиницу, однако ему удалось вырвать у леди Люсинды обещание на следующем балу в Лондоне танцевать с ним. Мистер Пибоди снова стал собирать вещи. А тетя Хейзел и герцог, поднимаясь на второй этаж, спорили о том, кто из них мошенничал, играя в карты.