— Ну и что ты наделал? М? Оставил меня без защиты? Ты почему назвал этого…этого индюка индюком?
Малыш улыбнулся и обхватил лицо отца ладошками, и Альварес невольно ему улыбнулся в ответ. Да, Каролина права, любовь к ребенку была абсолютной, невыносимо сильной и неоспоримой. Пожалуй, это единственное, что держало его на плаву. Единственное, из-за чего нужно взять себя за шкирку и заставить подняться на ноги… Он помнил, почему выпил тогда… Очередной отрицательный результат по поиску. Тупик. Казалось, он так близко, казалось, нашел ЕЕ.
И дикое разочарование. Как еще одна смерть.
— Пошли, я нагрею тебе кашу. Но завтра мы будем искать няню, и тебе придется с этим смириться.
Сын отрицательно покачал головой.
— Хочешь сидеть с мамой?
Тоже отрицательно качает головкой и обнимает отца за шею.
— Я не могу.
Обнял сильнее и прижался всем тельцем.
— Правда, не могу. Мне надо возвращаться в спорт… иначе ты не сможешь мною гордиться. Никогда.
— Сеньор Альварес, к вам пришли.
— Кто?
Арманд повернулся к дворецкому.
— Женщина, говорит, что она по объявлению… Но насколько мне известно, вы работаете с агентством.
— Пусть подождёт за дверью, я поговорю с ней.
Зазвонил его сотовый, и Арманд потянулся за телефоном. На дисплее российский номер, и он тут же ответил.
— Слушаю.
— Это Митрофанов.
Сердце гулко забилось.
— Новости есть?
Матео начал крутиться на руках, пытаться выхватить сотовый, когда Альварес вырвал мобильный из рук ребенка и отвернулся с телефоном, мальчик заплакал.
— Давайте я его подержу.
При звуке этого голоса, Арманду показалось, что его прошибло холодным потом, и задрожали колени. Он резко обернулся.
Глава 2
Молодая, темноволосая женщина лет двадцати пяти протянула к ребенку руки. Альварес хотел возразить, но в трубке раздался голос частного детектива:
— Есть следы. Мы их нашли. Пока не уверен, что след правильный. Ее узнали многие люди.
Матео выкрутился так, что чуть не упал, и женщина тут же его подхватила. И Арманд передал ей ребенка, продолжая пристально на нее смотреть и ожидая, что вот-вот грянет привычная истерика.
Матео не принимал новых людей. Он мог ударить или укусить вновь прибывшую няню или того, кто просто протягивал к нему руки. На этом знакомство обычно заканчивалось. Особо смелые пытались приспособиться, но их хватало не больше, чем на пару недель. Женщина поудобней устроила мальчика на руках, поправила ему кофту.
— Привет. Я Нина.
Как ни странно, она не получила кулаком по голове.
