Нина выгнула шею, изогнулась в пояснице, она двигалась вместе с его рукой, в каком-то остервенении, металась по капоту, и от этого зрелища он просто осатанел. Ускорил ритм настолько, что теперь было слышно, как ударяется ладонь о ее промежность. Навис над ней, накрывая стонущий рот своими губами, уловил глухое «о боже» и всмотрелся в бледное лицо Нины потемневшим от страсти взглядом.
— Божееее…, — прерывисто и надорвано, заставляя его ускорить темп, каким-то сумасшедшим шепотом, сжимает его пальцы судорожно внутренними мышцами.
Пока она не закричала, откидываясь на капот, со скрежетом ногтей о железо, сотрясаясь в оргазме, заставляя его заорать вместе с ней и дернуть змейку на штанах, высвобождая каменный член, направляя в нее и вонзая одним сильным движением так глубоко, что она подалась вперед и охнув, обхватила его шею. Заметил, как по ее щекам текут слезы, и она вся дрожит, и эта сумасшедшая дрожь передается и ему. Захватил волосы одной рукой сзади. Влажные, гладкие, притянул ее к себе и с первым же толчком вцепился своими губами в ее опухший рот, подхватывая под ягодицы, чтобы вонзиться еще глубже.
С ума сойти, какая же она чувственная, страстная. Извивается, сводит с ума, заставляет погружаться глубже, впиваясь своими короткими и острыми ноготками ему в ягодицы.
Сумасшедшие шлепки тело о тело… Подхватил под упругую попку, развернулся, усаживаясь на капот и опрокидывая ее на себя, так, чтоб стала коленями на машину, и он мог видеть, как ее грудь подпрыгивает вверх, как Нина запрокидывает голову и заставляет его рычать от дикого нетерпения, от сумасшедшей силы воли, чтобы не кончить немедленно.
Как же нагло и дико эта девчонка скачет на нем, а член бьется внутри ее тела, достает туда, где оно кончается, цепляет что-то внутри, и она воет от этих толчков.
За волосы к себе, обхватывая поясницу, ускоряясь, хватая ртом красные соски, кусая их в исступлении, засасывая глубоко в рот с довольным мычанием.
Резко поднял со своего пульсирующего члена и снова насадил, не отрываясь от этих глаз… и видит те глаза.
Или они одинаковые… Смотреть в них так правильно, так естественно. И он кончит вот-вот, его разорвет к такой-то матери под этим пьяным взглядом синих глаз. Только та…та никогда его вот так не хотела. Никогда не отдавалась сама. А он мечтал, Дьявол свидетель, как он мечтал, что однажды она точно так же будет кричать и извиваться на нем, стонать и закатывать глаза.
