И в ту же секунду вернулся Иен.
– Говорю нормально, – обрадовала я его.
– Отлично, – сказал дантист, – первый кадр. Фил, сделай нам несколько снимков для выбора.
– Улыбайтесь! – скомандовал Филипп. – Шире. Глаза включите, они у вас не работают. Где радость, счастье? О! То, что надо. Дядя, оцени!
Глава двадцать шестая
– Есть из чего выбрать, – одобрил Иен. – Виола, снимайте страшную красоту, положите ее на ладонь. Приступим ко второму кадру. Фил!
– Я готов! – объявил племянник. – Виола?
– Зубы не снимаются, – пожаловалась я.
– Это маловероятно, – усомнился Иен, – давайте помогу.
У меня во рту снова очутилась рука в резиновой перчатке.
– Хм, – протянул спустя время дантист, – странно! Ну-ка, попробуем так!
Я увидела, как врач схватил какой-то инструмент, и замахала руками.
– Нет, нет!
– Ни малейших неприятных ощущений вы не испытаете, – заверил Иен, – я просто поддену челюсть, и все.
Я крепко сжала губы.
– Виола, милая, не ходить же вам с этими зубками, – промурлыкал врач, – бормашину я не включаю, ничего пугающего не беру, это просто крючочек.
– Можем вас так отпустить, – примкнул к беседе Фил, – но представьте реакцию членов семьи, когда они вас увидят. Все замертво упадут.
Перед моим носом неожиданно появилось круглое зеркало.
– Улыбнитесь, – попросил стоматолог.
Я почему-то повиновалась и вскрикнула:
– Кошмар!
– Сейчас его уберу, – сказал врач.
И что делать? Пришлось открыть рот, Иен начал возиться с клыками, потом вдруг спросил:
– А почему банка с Д-восемнадцать открыта?
– Ой! Я забыл крышку завинтить, – признался племянник.
– Зачем ты ее трогал? – не успокоился дядя.
– Взял немножечко, – ответил Фил, – одну пятую.
– Объясни нормально, – потребовал дантист.
– Ну… я прикрепил челюсть, – объяснил юноша.
– Какую? – удивился Иен.
– Ну… она шепелявила, – понизил голос ассистент, – съемка могла сорваться.
Иен медленно втянул носом воздух и не спеша выдохнул.
– Хорошо, Филипп.
Потом стоматолог погладил меня по плечу.
– Дорогая Виола, посидите пока спокойно. Я сейчас принесу полоскание для рта, челюсть легко снимется. Филипп, пойдем, поможешь мне составить смесь.
Дантист говорил так ласково, что мне стало совсем не по себе. Когда парочка исчезла за дверью, я вскочила, подбежала к створке, приоткрыла ее и услышала гневный рык Иена:
– Идиот!
– Дядя… – начал племянник.
Но владелец клиники впал в раж:
– Знаешь, что ты взял?
– Временный цементик, – пролепетал парень.
