Ее универсальность заключалось не только в том, что она превращалась в приклад, позволяя вести более прицельный огонь из трехствольного чудо-пистолета. В расчехленном состоянии кобура превращалась в короткое и острое мачете.
Положив оружие на колени, Сапрыкин вытянул из костра тлеющую ветку и прикурил от нее трубку. Пыхнув табачным дымом, он извлек из кармана кубик Рубика и принялся его крутить.
– Это что за БФГ[55]? – усмехнулся Горин, присаживаясь радом с Сапрыкиным. – Одна из твоих самоделок?
– Самоделка? Нет, что ты.
Это самое что ни на есть заводское оружие специального назначения.
– На пиратский абордажный пистоль похоже.
– Похоже самую малость, – кивнул Евгений Анатольевич. – Только им на абордаж разве что звездолеты брать.
– В каком смысле?
– Да в прямом. Это пистолет советских космических джедаев. Называется – ТП-82. Входил в аварийный комплект наших космонавтов[56].
– И откуда он у тебя?
– С работы прежней, сувенир.
Горин усмехнулся:
– Дядя Женя, ты же не космонавт.
– Это верно. – Сапрыкин кивнул. – Но я и не торпеда. Однако через торпедные аппараты не один раз приходилось покидать подводную лодку. Работа у меня такая, что поделать.
Горин еще раз посмотрел на диковинное оружие, лежащее на коленях у Сапрыкина.
– Убивал им кого-нибудь?
– Знаешь, как-то еще не доводилось. Если ты помнишь, мы в свое время развлекались в основном огненными и взрывчатыми смесями, отравами да острыми ножами, – тихо сказал Евгений Анатольевич. – Так что этим пистолетом я еще никого не убил.
Но, какие наши годы, верно, тезка?
– Да уже и не предвидится. Воевать уже не с кем, – усмехнулся Женя.
– Что ж ты так людей-то недооцениваешь, приятель? Я вот в безграничные способности людей верю. А значит, и стрелять в них придется.
Горин осмотрелся. Остальных членов группы поблизости не было. Кто-то стоял на посту, кто-то собирал дрова и хворост для того, чтоб костер продержался до утра.
– Анатольевич, а чего ты шепотом про взрывчатки и отравы? Будто кто-то не знает, что ты нам помогал тогда с бандами разбираться.
– А кто-то знает это наверняка? Я же велел вам помалкивать об этом.
– Так мы и помалкивали. Но ты же знаешь, что слухи всякие в народе ходят…"
"– Слухи, Женька, это всего лишь слухи. Говорят, что кур доят, а на деле вовсе нет. Куры яйцо снести норовят. Пусть себе болтают. Но слухи не есть обладание фактами. Со слухами бороться бесполезно, да и не нужно. Это политика.
