– Прежде чем пойдем туда, – проговорил белокрылый, глядя на друга, – хочу сказать тебе…
– Ну? – всматриваясь в светлое пятно среди темного пейзажа, поторопил Первый Хранитель.
Кама, перекинув через плечо кровницу, молча прошествовал мимо них и скрылся во мраке ночи, став неотъемлемой частью своей родной стихии. Черное на черном – был и нет. Арацельс нервно дернул бровью и уставился на четэри с таким видом, что тот мгновенно перестал собираться с мыслями и заговорил:
– Ты ведь понимаешь, что Катя скорей всего мертва?
– И? – стиснув зубы, осведомился блондин.
– Ты совсем не знал ее, да и свадьбу вам навязали.
– К чему ты клонишь?
– Ну… есть и другие девушки…
– Отстань! Ты задерживаешь нас обоих. – Красно-желтые глаза недобро свернули. – Арэ у меня одна. Другой уже не будет.
– Это я и боялся услышать, – вздохнул его друг. – Может, тебе не стоит туда идти? А? Мы все проверим, а потом…
– Пусти, С-с-смерть, – зашипел блондин, вырывая руку из крепкой хватки чужих пальцев. – Я уже давно не ребенок, не стоит беспокоиться за мое психическое здоровье, – бросил он на ходу.
– После сцены в Харон-сэ я бы так не сказал, – пробурчал Четвертый Хранитель, следуя по пятам за своим спутником. – Твоя вторая сущность…
– У меня одна сущ-щ-щность, – перебил тот, не оборачиваясь. – Пора запомнить.
– Я имел в виду то, что ты не всегда контролируешь себя.
– Ошибаеш-ш-шься.
– Хочешь сказать, что зверское выражение лица, с которым ты пытал Харона, – это контроль?
– А какое выражение ты хотел увидеть в тот момент? – Арацельс от удивления даже обернулся.
– Но это так на тебя не похоже! – поравнявшись с ним, заявил крылатый, на что друг только плечами пожал, перепрыгивая узкую змейку ручейка, из черной глади которого опрометчиво выскочил огненный обитатель, но тут же скрылся на дне, почуяв близость чужаков."
"Камни шуршали под их ногами, шелестела растревоженная ветром листва, где-то вдалеке заунывно кричала ночная птица. А они спешили к своей цели, ускоряя шаг. Быстрое движение вверх, длинный прыжок – и гора камней осталась позади.
Недовольный треск витых зарослей кустарника, испуганно блеснувшие зеленые глаза потревоженного зверька – и вот совсем близко замаячила чернокрылая спина идущего впереди Камы. А дальше, метрах в трехстах от них, лежала освещенная магическими огнями площадка. Уже были отчетливо видны верхушки столбов, но участки разноуровневой растительности, хаотически разбросанные по округе, мешали разглядеть, что происходит ниже.
