Но напротив меня сидел ректор Стортон, так что эмоции, которые я к нему испытывала, можно было обозначить как «различные оттенки неприязни».
Ректор Стортон посмотрел на меня исподлобья, а затем щелкнул пальцами — и длинные пряди упали на пол, как срезанные цветы. Он пригладил короткую прическу ладонями и встал.
— Жду вас у двери.
Я из вредности решила доесть булочку. Пускай подольше подождет. Еще и джемом намажу. И маслом. Боже, как вкусно! Можно, я лучше влюблюсь в Дрангура, который так невероятно готовит?
Увы, к ректору Стортону все-таки пришлось выйти, оттягивать этот момент до бесконечности было не в моих интересах.
В этот раз мне снова пришлось взять его за руку, когда мы использовали крылоключ, и я на несколько секунд себя возненавидела за то, что мне не захотелось его отпускать.
— Поднимитесь ко мне вечером после ужина, — сказал ректор Стортон, отходя на шаг.
Скосив взгляд вниз, я увидела, как он сжимает и разжимает кулак, как будто пытаясь стереть мое прикосновение.
Ректор Стортон поспешно отошел к столу, явно желая оказаться от меня как можно дальше.
Ну и пожалуйста!
Представив успокаивающую картинку того, как его обвиняют в убийстве и уводят, заковав в кандалы, я улыбнулась и кивнула.
Так, план действий — остаться одной и с пристрастием допросить так удачно привязавшийся ко мне призрак ректора Тернера. Найти хоть какие-нибудь ниточки, которые помогут мне обвинить Оливера Стортона в убийстве. Но сначала — на занятия. Увы, от них меня никто не освобождал.
К аудитории, где будет проходить занятие по метаморфозам, я спустилась, отпугивая сонных с утра адептов блаженной улыбкой.
— Унни! — воскликнула Ирма, которая уже стояла у двери. — Унни, тучка ты этакая, куда ты подевалась?
На голове ее был голубой венок из восковых незабудок, в волосы Ирма вплела ленты. Это было очень красиво и шло ее глазам.
— Тише, — попыталась я ее урезонить, но Ирма как будто меня не слышала.
— Унни, где ты была всю ночь, почему не предупредила? Я волновалась! Вдруг ты утонула в своих купальнях, вдруг…
— Ты говоришь, Танг не ночевала в своей спальне? — манерно растягивая гласные, произнес мужской голос.
Ходж.
Что он здесь делает? Он ведь старшекурсник.
— И где же в таком случае ночевала Танг?
Я обернулась, уставившись в белесые рыбьи глаза.
— Засиделась до утра в библиотеке, — процедила я.
Ирма притихла, сообразив, видимо, что сказала что-то не то. Еще бы! Ведь именно Ходжу ректор Стортон вчера сказал, что «я нужна ему на ночь».
