Почему-то от этого было весело, как будто я знала какой-то секрет.
Может, поэтому я не удержалась и, когда ректор Стортон проходил мимо, весь такой высокомерный и упакованный в преподавательскую мантию, сдернула волос с его плеча — с хихиканьем.
Наверное, я единственная, кому пришло в голову хихикать на занятии по проклятьям.
Ректор Стортон замер, но, к моему удивлению, не стал меня отчитывать, язвить или заставлять писать эссе. Он… продолжил рассказывать об особенностях родовых проклятий и, кажется, покраснел.
Нет, мне показалось. Этого просто быть не может.
Когда занятия закончились я, пропустив ужин, бегом рванула в свой будуар: Ирма как раз решила прогуляться, так что там сейчас пусто.
Захлопнув дверь, я привалилась спиной к створке и обвела взглядом привычную обстановку.
— Где вы? Ректор Тернер? Вы здесь?
Несколько секунд ничего не происходило, а затем кожи коснулся мороз.
— Уннер! — Перед моим лицом появились призрачные глаза-провалы. — Рассказывайте! Как вы провели время с Оливером? Сняли с него проклятье своей любовью?
Клянусь, его взгляд стал ехидным!
Стоп.
То есть, пока я была в замке ректора Стортона — привидения рядом не было? Судя по интересу, звучащему в скрипучем голосе, это не было его выбором.
Что ж, так даже лучше.
— Не так быстро, — покачала головой я. — Сначала вы ответите мне на несколько вопросов.
— На какие еще вопросы? Опять будешь спрашивать, как я умер, негодная девчонка? — возмутился призрак и попытался скрестить руки на груди.
Выглядело это весьма забавно, потому что длины рук (бесформенных расплывчатых отростков, находящихся по бокам туловища) для этого явно не хватало.
— Почему бы вам не рассказать об этом? — предложила я. — Ведь вы уже признались, что виноват ректор Стортон.
— Конечно, виноват Оливер! Кто же еще? Выскочка! Еще и умудрился занять мое место! Уннер, а давайте-ка вы поможете мне ему отомстить?"
"— Как? — затаив дыхание, спросила я.
— Как? Хм-м-м… — на несколько секунд призрак замолчал, опустив глаза-провалы вниз.
— Придумал! А давайте вы… опрокинете Оливеру на голову тарелку овсянки!
— Что?
— Тарелку овсянки! При всех адептах! Вот будет смеху!
Странное у этих аристократов чувство юмора. Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от появившейся перед глазами картинки.
— У меня есть другое предложение. Это намного лучше розыгрыша! А что, если… ректор Стортон сядет в тюрьму за то, что виноват в вашей смерти? Это намного более интересная месть.
