Мало поможет, если они все-таки решат ломать дверь, но что могу.
— Детка, ты там что делаешь? — снова ржет Паша. — Травку хочешь?!
Молча сажусь на унитаз и закрываю уши. Внутри меня всю трясет. Я не смогу здесь сидеть вечно, рано или поздно им надоест играть в кошки-мышки, и они сломают дверь, а что будет потом...
Не знаю, сколько прошло времени, но в комнате музыка становится громче, где-то открывается дверь, я слышу довольный женский визг. Ясно… решили развлечься. Может, упьются вусмерть, а утром и не вспомнят про меня?
Кто-то резко дергает ручку двери, я быстро вскакиваю на ноги.
— Тут занято, — снова ржет Паша. — Иди поссы в общий.
Какая-то девчонка возмущается, снова дергает дверь. Я опять затыкаю уши, и вовремя. Потому что раздается такой грохот, что даже женский визг в нем тонет. Да я сама чуть не оглохла.
Топот, крики, глухие удары, что-то тяжелое падает на пол, ощущение, что стены сейчас рухнут.
А потом наступает неестественная тишина.
— Покойники… мать вашу… — С трудом узнаю в сиплом голосе бас Паши.
— Да вы знаете, на кого…
— Где она? — раздается знакомый голос. От его звука у меня ноги подкашиваются, и я медленно сползаю на пол. — Петра?!
Из меня будто воздух весь выкачали, слова сказать не могу, зато изо всей силы бью ногой в дверь туалета. В ответ дергается ручка двери и я слышу:
— Открой мне.
Руки не слушаются, дрожат, но я толкаю, стиснув зубы, эту чертову тумбу. Безумная мысль заставляет на миг замереть: а что, если показалось? Что, если уже крыша поехала от страха и мне мерещится его голос?
— Петра?
Тумба падает с жутким стуком на кафель, кажется, задевает унитаз, но я уже лихорадочно дергаю замок.
Не привиделось. Он здесь, со мной. Утыкаюсь в крепкую мужскую грудь и чувствую, как сильные руки успокаивающе обнимают меня за плечи.
Я не вижу его лица, понятия не имею, что вокруг. Вообще ничего не вижу, кроме знакомой и такой приятной на ощупь темной водолазки, но я совершенно точно знаю, что теперь все будет хорошо.
"
"— Ты в порядке? — И, не дожидаясь моего ответа, заставляет меня посмотреть на него. Бледный и, как всегда, сосредоточенный, только глаза почему-то темные, почти черные.
— Да, нормально… ты успел.
Его взгляд медленно скользит взглядом по лицу, опускаясь ниже, замирает на плече, я неловко пытаюсь поправить порванную блузку.
— Дмитрий Андреевич, хозяин клуба скоро будет, полиция тоже.
