Но если вы его не найдете, то нам придется вводить в окружение короля целую команду. А чем больше людей, тем больше риск провала. Это очевидно.
Дальше мы шли молча. Герцог обдумывал все, что я ему сказала. Как и я, он прекрасно понимал, что найти кандидатуру с требуемыми параметрами почти невозможно. Это я еще умолчала о том, что нам нужны абсолютная верность и преданность этого человека. Герцог де Сюзор умен, ему такие детали можно не объяснять.
* * *С момента отъезда свекрови жизнь моя стала гораздо спокойнее.
Я тихо и бесконфликтно проделала тот же номер, что и в Малом Шанизе: на двери опочивальни был установлен засов, и вечерами я оставалась одна.
Графиня Эбигейл Холланд заняла место моей статс-дамы скромно, без особой помпы. Просто в один из дней мажордом объявил о ее приходе. Вошла темноволосая сорокалетняя женщина самого обычного телосложения, миловидной, но не примечательной внешности. Единственное, что отличало ее от моих фрейлин — интересно расположенные седые пряди.
Волосы дама укладывала на прямой пробор, и точно от этого пробора с шагом два сантиметра шли тонкие нити седины. Казалось, графиня посетила какого-то модного московского парикмахера. У дамы был спокойный голос и несуетливые манеры.
Притихшие мои фрейлины поглядывали на нее с опаской. А графиня, заявившая, что готова приступить к службе, первым делом спросила мои расходные книги и уточнила у остальных: как миледи Лекорн устанавливала ночные дежурства.
Выслушав ответ, графиня несколько недовольно поджала губы и сообщила, что с этого дня дежурных у спальни королевы она будет назначать сама.
Мы немного побеседовали с миледи Эбигейл, потом она отправила записку с пажом дворцовому кастеляну, и через час в моей приемной поднялась суета. В углу ставили удобную кушетку."
"По местным дурацким правилам в спальне королевы всю ночь должны были находится горничная и фрейлина, на случай, если моему королевскому высочеству понадобится помощь.
Разумеется, меня это сильно напрягало. Если в Малом Шанизе никто не смел оспаривать мои решения, то здесь, с возвращением королевы-матери, стоило ожидать грандиозного скандала. И сейчас миледи Эбигейл легко и непринужденно решила эту проблему. В приемной установили широкую тахту и эту нишу занавесили роскошными бархатными шторами. А для пущей маскировки прямо перед ней, перед этой отгороженной нишей, поставили конторку секретаря.
