Увы, оно только усиливалось год от года именно из-за притока преступников в столицу.
Разумеется, герцог де Сюзор находился в Совете моего мужа уже очень давно. И, разумеется, за это время он приобрел не только противников, но и союзников. Не все из них были надежны, некоторые союзники были временными. Но после моей речи на Совете сразу же попросил слово министр финансов герцог Бартоломео де Андертон. И заговорил о том, как необходима разгрузка столичных тюрем. Привел несколько весьма ужасающих цифр о суммах, в которые казне обходятся питание, охрана и отопление, а также места под кладбища и палачи.
В общем, эти цифры не были тайной, их уже обсуждали несколько раз. И даже ужесточили законы за воровство. Но это привело только к тому, что на площади Пеналти, где проводились публичные казни мелкого жулья, пришлось поставить новую виселицу.
В бурных обсуждениях как-то позабылось, что вся эта заваруха началась с моих слов о том, что преступников надо использовать на благое дело обогащения государства, а не растрачивать их жизни бессмысленно.
Последние две трети времени, потраченные на этот Королевский Совет, были израсходованы не на обсуждение того, стоит ли вообще отправлять корабли или найти повод и отказаться, а на то, сколько денег сможет выделить казна для перевозки хотя бы небольшой пробной партии преступников и на некоторое их обустройство на новом месте.
Я рассуждала просто: эти люди, сидящие в тюрьмах, живут в фантастически скотских условиях. Очень большая часть их гибнет, не дождавшись свободы: от дурного питания, сырости и холода, вшей, блох, крыс и прочей гадости.
Кроме того, тюрьмы являются рассадниками дизентерии и других болезней. Даже если среди пробной партии в сто пятьдесят человек погибнет изрядная доля преступников, хуже, чем сейчас, не станет.
А вот если их постараться снарядить более-менее нормально, дать им инструменты и возможность выжить. Пообещать в следующем году по весне доставить туда женщин, колония нового материка сможет достаточно быстро начать торговлю с нашей страной.
Разумеется, рано или поздно это приведет к тому, что колония захочет отколоться. Но в этом я не видела ничего страшного: дети должны взрослеть и отрываться о материнского подола. Тем более что будет это еще очень нескоро.
В общем, тот Совет прошел именно так, как мы планировали. За спорами моя роль слегка подзабылась, но герцог де Богерт с той поры относился ко мне более настороженно.
