Знали, кто стоит за спиной короля и принимает решения. Но эта тема если и обсуждалась, то исключительно за плотно закрытыми дверями. А с тех пор, как потерял благоволение короля, а вместе с ним и прибыльное место при дворе королевский конюший Жан Кольерд, тема шуток над королевой не поднималась больше никогда.
За эту тихую и аккуратную чистку среди королевских приближенных я была очень благодарна графу Оранскому. В отличие от красотки Лисапеты, которая еще года полтора назад потеряла место в королевской постели и была отправлена в собственное поместье, граф удержался в канцелярии его величества и даже слегка продвинулся по служебной лестнице.
Сплетни и факты, которые он мне доставлял, порой не имели цены. Я, в свою очередь, весьма щедро оплачивала его услуги.
Самое забавное, что де Богерт был настолько самоуверен и самовлюблен, что даже не заподозрил маленького графа в двурушничестве. Герцог по-прежнему считал себя его благодетелем и иногда, под настроение, позволял себе обидные шуточки в сторону графа.
А чем больше позволял себе де Богерт, тем дешевле мне обходились новые сведения.
* * *"
"Виночерпий и хлебодар — слуги, наливающие вино и подающие на стол богатым дворянам хлеб. Разумеется, виночерпий короля — не простой селянин, а какой-нибудь барон или граф.
Глава 44
Школа власти, которую я проходила на практике, была весьма сложной. В той, моей прошлой жизни мне никогда не приходилось интриговать, подкупать кого-то и выстраивать отношения с неприятными мне людьми. Здесь же у меня зачастую просто не было выбора.
Как бы ни опасалась я де Богерта, как бы ни считала его сволочью, но в дни больших праздников он шел сразу за королевской четой. Он был ближайшим родственником мужа и вторым после моего сына претендентом на трон.
Поэтому я ласково улыбалась кузену мужа, оплачивала услуги графа Оранского, собирая компромат на герцога, и без конца проверяла и перепроверяла собственную прислугу, понимая, что сам Богерт далеко не идиот: если я не вижу шпионов в своем окружении, это вовсе не значит, что их там нет.
Сложно сказать, нравится ли мне эта игра. Да, я хотела выжить. Да, я научилась жить и действовать по новым правилам. Но если некоторые придворные не мыслили себе жизни без мелких интриг и адреналина, то я бы с удовольствием обошлась без этого. Все дело в том, что бонусом к этой тяжелой и зачастую раздражающей жизни шли мои дети — Александр и Элиссон. Я точно знала, что как бы ни тяжела была мне корона, я пройду этот путь до конца.
