И надо же такому случиться, что именно упомянутая миледи явилась главной свидетельницей в грандиозном семейном скандале.
Его величество заявился ко мне в неурочный час в сопровождении только королевы-матери. Всю свиту он оставил в приемной, не дал мажордому возможности объявить свой вход и вместо стандартного приветствия рявкнул на моих фрейлин:
— Все вон отсюда! Немедленно вон!
Перепуганные женщины торопливо двинулись в сторону дверей, и тут вмешалась Ателанита:
— Миледи Лекорн, я прошу вас задержаться.
Упомянутая миледи скромно встала за спиной свекрови. Как только дверь за фрейлинами закрылась, мой муж каким-то визгливо-шипящим тоном спросил:
— Кто является вашим любовником, мадам?
Этот «наезд» был настолько неожиданным, что я даже не сразу восприняла его всерьез. Слишком уж нелепыми показались мне обвинения. Ну, в самом деле, какой может быть любовник, если я двадцать четыре часа семь дней в неделю нахожусь под присмотром? Даже в туалет я хожу не одна. Именно это я и попыталась донести до взбешенного короля.
Однако его величество, вовсе не расположенный слушать меня, швырнул мне в лицо плотный и слегка помятый лист бумаги, гневно допрашивая:
— Кто писал вам, мадам?! Кто этот человек?!
Я наклонилась и подняла бумагу, пробежав глазами ровные строчки. Некто, подписавшийся одной только литерой «F», писал, что оплакивает каждый день, который вынужден провести вдали от меня. Жаловался на то, что два года разлуки легли на его плечи непосильным бременем.
Мечтал о том дне, когда он вернется и ему вновь будет дозволено поцеловать мою руку. Самым ужасающим было то, что он обращался ко мне на ты и называл Элен.
Дочитав, я слегка пожала плечами и бросила лист на стол.
— Ваше королевское величество, с чего вы взяли, что это письмо адресовано мне? Мало ли Элен в вашем королевстве? — тут я, еще не осознавая всей серьезности положения, невольно вспомнила: «Мало ли в Бразилии донов Педров?» Усмешку мне удалось сдержать с большим трудом — в тот момент я все еще не почувствовала нависшей надо мной угрозы.
Дальше последовала совершенно безобразная сцена: король ударил меня по лицу. Не знаю, каким чудом я сдержала себя и не оставила мужа калекой: выбить ему коленную чашечку я могла в любую минуту. Король орал на меня…
Король орал, я стояла, потупившись и молчала…
Больше всего я злилась на собственную глупость. На то, что расслабилась и позволила себе забыть, как ко мне относится свекровь.
