– То есть что значит – садись, – Семен Николаевич сбросил с себя оцепенение, – что это вы в моем доме распоряжаетесь? Кто вы вообще такой? И как сюда попали? Я сейчас милицию вызову!
– Не вызовешь, – поморщился старичок, – никого ты не вызовешь. Артур, дай ему стул, он даже этого сам сделать не может.
Семен Николаевич в первый момент и не заметил широкоплечего, коротко стриженного молодого человека – этакого громилу, потому что тот стоял у него за спиной. Когда молодчик шагнул к нему, Барсуков, не дожидаясь применения силы, приблизился к письменному столу и сел на предложенный стул.
– Вы кто такие? – требовательно спросил он. – Вы грабители?
– Ни в коем случае! – старикан отвратительно усмехнулся, снова стряхнул пепел на драгоценный фарфор и уставился на Барсукова своими ледяными глазами. – Как ты сказал, Барсуков, чья эта квартира?
– Как это – чья? – возмущению Семена Николаевича не было предела. – Моя, конечно! Что за идиотский вопрос!
– Насчет идиотских вопросов ты бы не спешил.
– Старик опять поморщился. – А квартира эта вовсе не твоя, любезнейший, а покойной Марианны.
– Вот именно, квартира принадлежала моей покойной жене, и я ее совершенно законно унаследовал!
– Ай, какие мы законопослушные! Унаследовал он, видишь ли, совершенно законно! Богатый он теперь наследник, значит!
– А вам-то что за дело! – угрюмо пробормотал Барсуков.
– А дело мое такое, любезный, что Марианна осталась мне должна деньги. Большие деньги.
– Сколько? – испуганно спросил Барсуков.
– Много, любезный, много. Восемьдесят тысяч долларов.
– А я-то при чем? – Барсуков взвизгнул, как трехмесячный поросенок. – Не я же у вас деньги занимал! Марианна со мной деловые вопросы не обсуждала!"
"– Да уж конечно, с тобой только деловые вопросы и обсуждать. Из тебя консультант, как из Артура – церковнослужитель! С тобой Марианна, я так понимаю, обсуждала только вопросы твоего гардероба и насущные проблемы меблировки.
– Вас не касаются мои отношения с покойной!
– Нечего тут передо мной безутешного вдовца разыгрывать! Видите ли, он у меня денег не занимал! Ты жил на Марианнины деньги, содержанка в брюках, а теперь слышать ни о чем не хочешь? Изволь ее долги платить!
– Я ничего не знаю ни про какие долги! И денег у меня нету, я и так уже вещи продаю!
– Очень хорошо. Вот ты и продашь их все, свои вещи. И квартиру продашь. И отдашь мне деньги, все до копейки.
