Нет, конечно сумочку модную я купила. И босоножечки, и кроссовки, да, ещё шикарное белье в самом крутом магазине. Чисто для себя, конечно! Ни перед кем я раздеваться больше не намерена была. По крайней мере в ближайшие недели. Но… трусики всё-таки взяла с секретом. Вернее без. Ну, то есть, в них до всего самого сокровенного можно было добраться не снимая. Красота!
Сняла уютную квартирку, разыскала подружек — тех, с кем училась в закрытой школе. мы немного потусили, потом одна помогал мне устроится на работу.
Взяли меня в языковую школу, менеджером.
Встречать гостей, помогать, следить за всем. Английский же я знаю прилично, и еще немного итальянский — но преподавать, разумеется, пока не могу.
В один из дней в школу приехал владелец, и… В общем, я ему понравилась. Пригласил в кафе, потом погулять. Цветы дарил, ручку целовал. Но я, если честно, осталась совершенно равнодушна. После Волковых моё сердце ещё не успело склеиться.
Но больше искренне говорить что-либо мужчинам я не намерена, поэтому начальнику дала понять, что на большее пока не готова, но именно “пока” — пусть помучается.
Он.
И не только он. Я ведь была уверена, что мои морячки не просто так меня оставили! Чуяло сердечко, что они за мной наблюдают. Не сами, конечно.
Ну, что ж…
Пусть видят, что живу я отлично! Просто прекрасно!
Представляла как их перекосит, когда увидят меня выходящей из машины Арсения! Или садящейся в неё с шикарным букетом! Пусть знают!
Да, в Москве я жила замечательно!
Если бы не было так тоскливо по вечерам.
Если бы не хотелось выть в подушку, вспоминая те жаркие ночи на острове.
— Малышка, такая сладкая, нежная… расслабься, ну же… еще немного… так…
Я висела на Владе, обнимая его за плечи, его грудь вздымалась, на висках блестели бисеринки пота. Это был уже не первый раунд, они уже успели влить в меня всю всё своё семя, но то ли полная луна, то ли понимание, что скоро всё закончится делало их и меня такими ненасытными. Член Влада был в моей киске, а Роман пытался пристроится сзади, войти в обильно сдобренную лубрикантом и семенем анальную дырочку.
Я была уже утомлена, мне казалось, что я больше ни разу не смогу кончить. Но стоило ему войти, стоило Владу посмотреть мне в глаза — я словно обнулилась. Всё началось по новой. Этот зуд, нарастание жжения, ноющая промежность, сжимающаяся под их размеренными ударами.
— Моя девочка, вкусная такая, мокрая, хочу вылизать тебя всю.
— Хочу трахать тебя, пока ты не начнёшь молить о пощаде.
