Сказали… — мучительно соображаю, что бы придумать, интересно, так говорят в этом случае? — Сказали, что с такими как я связываться себе дороже. И все. А утром я ушла, пока они спали.
— Так. Они знают куда ты ехала?
— Я им… соврала немного, ну… сказала, что к бабушке, но… Точно они не знают. Да и не будут они меня искать. Ну, только если…
— Что?
— Я у них тысячу взяла. Чтобы на такси.
— Ох, свистушка! Ну, смотри, а то нагрянут твои кавалеры, придётся мне всех своих мужиков поднимать, чтобы тебя защищать.
— Не нагрянут они, зачем я им?
Смотрю в окно и понимаю, что… это совершенно глупо, но мне ведь хочется, чтобы они нагрянули! Еще как хочется! И хочется закончить всё-то, что они со мной делали…
Я, наверное, испорченная…
Катю зовет Казимир, она уходит во двор, а я быстро со стола собираю и поднимаюсь в спальню и закрываю дверь.
Ложусь на кровать, глаза закрываю, а перед глазами Влад, дикий, злой, необузданный. И Рома, нежный, ласковый. Их руки, губы…
Хочу почувствовать снова то, что было с ними.
Опускаю руку вниз, подцепляю край трусиков. Как они это делали? Мне немного стыдно, но в моем состоянии не до стыда. Мне нужно это ощутить, я горю от желания.
Как они ласкали моё тело, губами касались кожи, сосочки облизывали сквозь ткань рубашки, складочки там внизу раздвигали. Мои пальцы смелеют, пробираются вниз, туда, где уже влажно и горячо. Трогаю неумело, пугаюсь сама себя.
Глаза закрываю, представляя, что это не мои руки.
Это не мои пальчики трут клитор, это губы Влада, или Ромы.
И они же ласкают сосок, перекатывая, пощипывая, заставляя меня выгибаться. Дыхание сбивается, движения становятся смелее, агрессивнее, я едва могу сдержать стон.
Вижу, словно наяву, два больших члена, наливающихся силой, с этими белесыми каплями у дырочек, готовые к бою, такие обжигающие, тугие!
Сжимаю бедра, трение всё быстрее, огонь во мне всё жарче, мне так хорошо! Так сладко! Я так хочу, чтобы их руки меня касались, их губы, их горячие тела, члены!
Это ужасно постыдно, и в реальности я ни за что подобного не допущу, но сейчас, когда я одна, могу немного позволить себе пофантазировать! Едва сдерживаю сладострастный стон.
Мышцы конвульсивно сжимаются! Мне почти также хорошо, как тогда, когда меня дразнили они!
Я кончила! Сама! Лаская себя! И представляя моих спасителей и мучителей.
Мне… немного стыдно, но так хорошо, что я закрываю глаза и проваливаюсь в сладкий, полный воспоминаний сон.
