Я вообще со спины ее не узнал! Думал, это какой-то мелкий пацан. Потому что, кроме всего прочего, на ней была шапка, прятавшая волосы.
Но это был не пацан. Это была она. Та, которую я пытаюсь избегать вот уже несколько дней.
Нафига мне сдалась эта чокнутая, которая меня на дух не переносит? Я у нее явно вызваю отвращение.
Шарахается, как от прокаженного.
Когда мы встретились на следующее утро после инцидента в машине, она разве что не плюнула в мою сторону. Смотрела, как на что-то мерзкое и неприятное.
Язык у меня, видите ли, как жаба…
Ну и фиг с ней.
О ее долге я не забыл. Обязательно напомню в подходящий момент. А такой момент наступит — я в этом не сомневаюсь.
Но бегать за ней я точно не собираюсь.
Я найду куда слить накопившееся сексуальное напряжение. Не далее, как вчера, я снял на улице девчонку. На ней был красный плащ и красная помада.
До этого была еще одна, в клубе. В красной юбке.
Я что, становлюсь гребанным фетишистом? У меня стояк на красный цвет?
Шапка, кстати, красного больше не носит.
Ни разу после Хэллоуина не видел ее в красном.
Одевается она, надо сказать ужасно. Сегодняшний прикид — явный тому пример.
На ней опять какая-то безразмерная хрень, на сей раз в клетку и с пуговицами. А еще джинсы с кроссовками. Не зря же я принял ее за пацана!
Но я-то знаю, как сильно эта девочка отличается от мальчика. Так почему она изо всех сил пытается это скрыть?
Здравый смысл подсказывал мне, что нужно сдержаться и промолчать. Но кто слушает здравый смысл?
— Что это на тебе надето? — не выдержал я.
— Где? — дернулась она от звука моего голоса.
Глупейший вопрос.
— На тебе. Во что ты замотана от шеи до колен?
— Это рубашка, — ответила Лера.
— Отжала у великана? — поинтересовался я. — Она же размеров на десять больше, чем надо!
— Это оверсайз. — Она посмотрела на меня как на дебила. — Очень модно.
— Кто вбил тебе в голову эту чушь?
— В чем проблема-то? Дресс-кода у нас нет. А я всегда так одевалась.
— О, нет! — многозначительно произнес я.
— Что — нет?
— Я видел тебя совсем в другом наряде."
"И даже сейчас, по прошествии двух недель, от воспоминания о платье Красной Шапочки у меня становится тесно в штанах.
- Это был Хэллоуин! — чуть ли не кричит она. — Смысл этого праздника в том, чтобы перевоплотиться в кого-то другого. Ясно?
— Значит, тебе нравится быть развратной Красной Шапочкой?
— Вообще-то, я собиралась изображать смерть с косой.
