А он вообще в экстазе. Бормочет какие-то слова на английском, закатывает глаза, запускает руку в ее волосы, заставляя двигаться быстрее…
Нет, я не впервые в жизни вижу порно. Я смотрела ролики из любопытства. Совсем немного, просто чтобы понять, о чем все говорят.
И мне совершенно не понравилось то, что я видела. Показалось странным, глупым и некрасивым.
А сейчас…
Да это просто отвратительно!
Но почему я не могу оторвать глаз от экрана? Почему я так залипла на этом абсурдном действе?
В дверь тихонько постучали.
Я начала судорожно жать на пульт, выронила его на пол, бросилась поднимать, упав на колени… После серии суетливых движений мне, наконец, удалось выключить телевизор.
Все, больше не стучат. Ну и хорошо.
Сердце бьется, как сумасшедшее, щеки горят… а еще я не одета. Я нашла халат, замоталась в него, туго завязав пояс.
И тут стук повторился. Негромкий, даже какой-то робкий.
Неужели вернулся Илья?
Я подошла к двери. Открыть? Или сделать вид, что меня тут нет?
Я слишком взбудоражена. Мне кажется, по моему лицу понятно, что я только что созерцала… Да глупости! Конечно, никто ничего не поймет.
Снова стук. Это точно не Волчара. Он стучит громко и требовательно. Наверное, это все же Илья. Но что ему нужно?
Ладно. Открою. И узнаю.
Может, это вообще обслуживание номеров…
Глава 22
Сергей
Опять она в халате! В белом. И с красной помадой. С остатками помады, которые мне ужасно хочется слизать с ее губ…
Да что за дикие желания меня одолевают?
— Чего пришел? — хмуро спрашивает моя подчиненная.
Гостеприимной ее точно не назовешь! И с субординацией у нее не очень.
— Я по делу.
— Что, твоя групповуха уже закончилась?"
"Снова дерзишь, Шапка! Ты у меня додерзишься…
— Решили без тебя не начинать.
— Я пас.
Она пытается захлопнуть дверь перед моим носом. Ага, конечно! Не для того я пришел, чтобы меня сразу же выпнули за дверь.
Я вставляю ногу в щель, надавливаю на дверь коленом и прорываюсь вовнутрь. Пока только в номер. Пока…
— Я сейчас охрану вызову, — бурчит Шапка.
Но страха в ее глазах нет. Уже хорошо.
— Готовишься? — спрашиваю я.
— К чему?
— К групповухе.
— Пф-ф! — демонстративно фыркает она.
— А я слышал, что готовишься…
— Что ты слышал?
— Звуки.
Шапка опускает глаза. Краснеет. Реально заливается самым настоящим румянцем!
Ну как так?
Как это у нее получается? Дерзить, говорить пошлости, а потом внезапно краснеть от вполне невинного замечания.
— Порнуху смотрела? — спрашиваю я.
Она краснеет еще гуще.
