Красное бедствие

– Когда мы выйдем из подземелья, просто не смотрите ни на кого, – сказал Хэль, прижав к груди спеленатое тело. – И молчите.

Ромэйн последовала за ним безмолвной тенью. Она пыталась наступать на его следы, пыталась превратиться в невидимку, чтобы облегчить Хэлю задачу. Что-то подсказывало ей, что даже для него это непросто, потому Ромэйн отчаянно желала сделать хоть что-то, чтобы поддержать его.

В коридоре замка им не встретилось ни одной живой души. Ромэйн открыла тяжелую дверь, пропуская Хэля, и заметила, что на улице уже стемнело.

Она надеялась, что это сыграет им на руку.

Они шли друг за другом по внутреннему двору крепости, опустив головы. Проходившие мимо солдаты в черно-багровой форме не смотрели на них, будто внезапно ослепли. Ни собаки, ни пленники, запертые в больших клетках, не видели их. Даже эмпуссии, кружившие в небе, не пытались напасть.

Сила Хэля впечатляла.

Когда ворота остались позади, Ромэйн осмелилась остановиться и обернуться.

Синяя Крепость больше не напоминала место, в котором она выросла.

Каменные стены потемнели, горящие факелы и подсвеченные огнями свечей окна не добавляли уюта – наоборот, в тенях, отбрасываемых пламенем, таилась опасность. Жизнь покинула замок, он выглядел… уставшим, опустошенным, будто после смерти лорда и леди из него ушла душа.

– Я все равно верну Синюю Крепость, – вслух пообещала себе Ромэйн.

– А я помогу тебе, – твердо добавила Фэй. – Мы вышвырнем отсюда людей узурпатора, а всех виновных отправим под суд.

– Я бы убила их, – спокойно сказала Ромэйн.

 – Каждого, кто пытал моих людей. Каждого, кто посмел склониться перед Лаверном Вторым.

Не так давно она испытывала жалость к солдатам, которые должны были исполнять волю сумасшедшего правителя, но не теперь. Не после того, что она увидела в темнице; не после того, как она увидела полные боли и страха глаза запертых в клетках людей.

Все присягнувшие на верность узурпатору виновны. Каждый лорд, каждый солдат заслуживает наказания.

– Я захватил лопату, – сказал Райордан, подняв ее над головой.

– Когда ты успел? – Фэй прищурилась.

– Я вор. Моя работа – брать то, что плохо лежит, так, чтобы этого не хватились, – фыркнул Рай.

Ромэйн оставила обменивающихся колкостями спутников и подошла к Хэлю.

На его лбу выступил пот, тяжелое дыхание вырывалось изо рта сквозь стиснутые зубы. Он посмотрел на нее и вымученно улыбнулся.

– Не хотел, чтобы ты видела меня в таком состоянии.

– Спасибо, – сказала Ромэйн. – То, что ты сделал для меня… Я этого не забуду.