Красное бедствие

Рано или поздно он снова проявит силу, и вот тогда, – глаза Хэля заволокла алая пелена, – я поймаю его.

В тишине леса было слышно лишь тяжелое дыхание Фэй и звуки, с которыми лопата вонзалась в землю. Ромэйн подняла взгляд к темному небу и долго разглядывала его, пытаясь понять, что ей делать дальше.

– Ты можешь убить Лаверна? – тихо спросила она.

– Могу, – откликнулся Хэль. – Он наверняка защищен от моего воздействия и его охраняют демоны, но…

– Я хочу, чтобы он умер. Это первый человек, которому я желаю смерти.

Мучительной.

Хэль внимательно посмотрел на нее и медленно кивнул.

– Осуждаешь меня? – спросила Ромэйн.

– Нет. Если захочешь, я сниму с него кожу. Живьем.

Она знала, что Хэль не шутит. Спокойствие, с которым он сказал это, ободрило ее. Ромэйн остро почувствовала, что они заодно, что любой приказ он исполнит в точности, что его пугающая сила обернется против ее врагов и испепелит их.

– Надеюсь, мои братья живы. Они наверняка знают, что делать, и сумеют возродить наш Дом.

– Ты тоже на это способна.

Даже если они погибли, у твоего Дома все еще есть сильная и волевая леди.

Ромэйн посмотрела на Хэля и покачала головой.

– Быть сильной оказалось сложно, – призналась она.

– Но ты справляешься.

– У меня все еще нет людей, я заставила нас сделать огромный крюк, чтобы, рискуя нашими жизнями, пробраться в Синюю Крепость, я… – Она выдохнула, пытаясь успокоиться. – Если бы не ты, нас бы давно поймали и повесили.

– Но я здесь. И я все решу.

Хэль мягко улыбнулся, и Ромэйн увидела его странные, слишком длинные для человека клыки.

Не могло же ей показаться?..

– Все готово! – сообщила Фэй.

– Пойду. – Ромэйн неловко поднялась с земли. – Наверное, я должна что-то сказать над могилой матери.

Она приблизилась к яме, на дне которой уже лежало тело. Слез не было, не было и слов. Но, собрав немного земли и бросив ее в могилу, Ромэйн тихо сказала:

– Надеюсь, она не мучилась. Мама была прекрасной леди Большого Дома, верной спутницей моего отца и сильной воительницей.

Мне жаль, что я не успела спасти ее. Пусть Трое примут тебя, Кловер, рожденная в Доме Седых Псов. Я, – ее голос дрогнул, – никогда не забуду тебя.

Фэй встала на одно колено, Райордан опустил голову. Хэль изобразил незнакомый Ромэйн жест и тоже склонился.

– Я закопаю, – спустя несколько мгновений тишины, сказала Фэй.

– Отдохни, я все сделаю, – возразил Хэль.

– Он прав, – поддержала его Ромэйн. – Тебе понадобятся силы. Надеюсь, остальные в безопасности.