– После работы сразу отправился домой. Здесь я был совсем поздно, примерно в двадцать три часа. И имел телефонный разговор с терапевтом из жилищного медицинского пункта. Я попросил ее зайти и измерить давление, потому что тонометр держу только на работе. Но врач была занята и попросила подождать: ее вызвали к другому пациенту. Около двух часов я сообщил ей, что отменяю вызов, но не потому, что почувствовал себя легче, а потому, что ко мне, видимо, никто не собирается. Вам этой информации точно хватит? Или по минутам расписать?
– Спасибо, этого достаточно, – откликнулся Гуров.
– Обращайтесь, – отчеканил Тихомиров.
Он окончательно пришел в себя. Спина распрямилась, интонация стала твердой, в голосе проскакивали властные нотки. Однако Гуров так и не разобрался в том, в какой момент Тихомиров был настоящим. На даче, когда впивался в его жену сладострастным взглядом? Чуть позже, стоя возле машины, когда понял, что бегство принесет ему больше выгоды, нежели настоящий мужской разговор? Или сейчас, когда больше говорит о себе, а не о пропавшем сыне?"
"«Дачу он продает… – позволил себе разозлиться Гуров.
– А про сына толком ничего и не рассказал».
– Значит, с сыном вы не имели никаких контактов в течение года? – уточнил Гуров.
– Или чуть больше года, – мотнул головой Тихомиров. – Если не считать моих попыток связаться с ним по телефону. На мои звонки он не отвечал.
– Тогда у нас все. Спасибо, Олег Анатольевич.
Гуров встал с дивана, поправил пиджак и вопросительно посмотрел на Стаса.
Тот с готовностью последовал его примеру.
Тихомиров проводил их до входной двери. Но замок открыл не сразу.
– Сын в школе однажды попробовал марихуану, – выдал он. – Я ему тогда попытался объяснить последствия, и он божился, что больше не станет маяться дурью. Но я не знаю, как у него с этим делом сейчас. Просто его мать вряд ли об этом расскажет.
– Спасибо, Олег, – поблагодарил Стас. – Это важная информация.
– Я буду ждать новостей, – сказал Тихомиров. – Если потребуется моя помощь, то я всем, чем смогу… Я готов помочь и сейчас, но не знаю, как именно это сделать.
Гуров протянул ему руку. Тихомиров ответил на рукопожатие, но в глаза Льву Ивановичу даже не посмотрел.
Оказавшись на улице, Гуров достал было сигарету, но тут же спрятал обратно. Черт его знает, какие здесь правила. Вдруг курить на территории комплекса нельзя?
– Зайдем в медпункт, Стас?
– Тоже хотел тебе это предложить, – легко согласился Крячко.
