Красные искры света

– Но задержался, – хмыкнул Егор и перевел взгляд на Ярослава в моем теле.

– Вы – его девушка? – вдруг спросил он. – Полина?

– Меня зовут Настя, – скромно взмахнув ресницами, сообщил Зарецкий. – А вы – старший брат Ярочки? Он мне много про вас рассказывал.

Егор несколько смутился своей оплошности, но быстро взял себя в руки.

– Рад с вами познакомиться, Настя. К сожалению, мне пора уезжать. И поговорить мы не сможем. Но, думаю, мама будет рада с вами пообщаться.

Едва мы зашли в подъезд, как Ярослав выругался – совсем не по-девичьи.

Видимо, встреча со старшим братом, равно как и визит домой, совершенно не входили в его планы.

– Может, мне тебя здесь подождать? – спросил он.

– Нет уж, – ответила я. – Пойдем вместе. В конце концов, мы идем в твой дом. А кричать будут на меня. Ты тоже должен отхватить немного негатива.

– Моя мама никогда не кричит, – заявил Яр, нажимая на кнопку вызова лифта. – Она добрая и спокойная. Но если разозлится, может днями не разговаривать.

Так, запоминай, Мельник, – сказал он уже в лифте. – Ее зовут Маргарита Сергеевна. Что бы она тебе ни говорила, просто стой, молчи и махай гривой. Поняла?

Имя матери Яра мне совсем не понравилось – слишком уж плохие ассоциации были связаны у меня с именем мачехи. Но я промолчала – лишь приняла к сведению слова Зарецкого.

– Потом извинись и скажи, что такого больше не повторится, – продолжал парень, пиная стенку лифта. Я же просто смотрела на свое новое отражение в зеркале.

– Ты так всегда выкручиваешься? – усмехнулась я.

– Как ты меня достала, – проворчал он.

– Аналогично. А что ей сказать, когда она спросит, где ты, то есть я, был? – поинтересовалась я.

– Скажи, что провожала меня до дома и уснула, – отозвался Яр.

Створки отворились, и мы подошли к темно-коричневой двери. Яр вырвал из моих рук ключи, ловко открыл замок и быстрым движением вновь всучил мне ключи. Я лишь сильнее их сжала.

Мы оказались в полутемной и довольно широкой прихожей, из которой в разные стороны вели два коридора.

Яр включил свет и по привычке принялся разуваться.

– Не стой столбом, – пихнул он меня в бок.

Однако снять обувь мне не удалось – из глубин квартиры вдруг прилетел золотистого окраса пес и стал громко, заливисто лаять, глядя при этом на меня, как на врага народа. Я попробовала протянуть ему руку, но он зарычал, и я сочла, что куда более благоразумно будет не приставать к нему.