– А-а…
– И никаких документов в каюте?
– Никаких. Только «Три сестры» и патронташ. – Грозный помолчал. – Но это обо мне. Что интересного обнаружили вы?
Девушки переглянулись и одновременно пожали плечами:
– Ничего такого, о чем стоило бы рассказать.
– Пару раз мне казалось, что я узнаю каюты и коридоры, но всякий раз воспоминания ускользали. – Куга вздохнула. – Словно время еще не пришло.
– Может, и правда не пришло.
– Может быть.
– Мы были заняты поисками подходящей одежды, – добавила Привереда.
– Кто бы сомневался, – фыркнул Рыжий.
– Дамы действовали правильно, – заступился за девушек Грозный. – В конце концов, цеппели никуда не денутся. У тебя что-нибудь есть?
– Я нашел коробку патронов к своему пистолету, – неохотно ответил Рыжий.
– В какой каюте?
– В каюте капитана «Белой стрелы». У него была такая же модель.
– То есть теперь у тебя два ствола, – уточнила Привереда.
– Второй я отдал Тыкве.
– Ага, – подтвердил спорки. – Но никакого другого оружия найти не удалось.
– Или вы плохо искали.
– Мы плохо искали, – уточнил насупившийся Рыжий. – Мы все.
– А я считаю, что мы хорошо поработали. – Тоном Грозный ясно дал понять, что очередной стычки он не потерпит. – И у нас есть время продолжить исследование цеппелей. А потому давайте сосредоточимся на странных и необычных фактах. Если, конечно, мы их уже не перечислили.
– В грузовом отсеке «Белой стрелы» я видел шесть клеток, – доложил Тыква.
– Чем же они необычны? – хихикнула Куга. – На одной написано твое имя?
Привереда усмехнулась.
– Они открыты и пусты, – спокойно ответил Тыква.
Грозный нахмурился:
– Открыты или сломаны?
– Открыты.
– Их размеры?
– Примерно метр на метр в торце, может, чуть больше. И не менее двух метров длиной.
– Разве это важно? – сморщила нос Куга. – Какие-то клетки… Фи!
– Тыква обнаружил подозрительный факт и не упустил его, – назидательно произнес Грозный.
– Что такого важного в клетках?
– Не в клетках, а в тех, кого в них перевозили.
Привереда вздрогнула.
– Скорее всего, они остались в Пустоте, – промямлил Рыжий.
– Скорее всего, – кивнул Грозный. – Но…
– Но Тыква поступил правильно, – перебила его Привереда.
– Да, Тыква поступил правильно.
Обед подходил к концу. Насытившиеся путешественники больше не обращали внимания на еду, лишь Куга щипала виноград, да Рыжий покусывал пахучий сыр. Тыква, получив одобрение Грозного, принес еще две бутылки вина, и вновь наполнил бокалы – праздник так праздник.
