К тому же коридор был длинным – терялся во мраке, и размеры скалы перестали ощущаться.
– Через пятьдесят шагов будет Зал Размышлений, – произнес Брашас, возвращая камень на место. – Если мы пройдем его, то…
– Идти не придется, – тихо сказала девушка.
– Мои любимцы уже здесь, – добавил Ллойд.
– Но я ничего не слышу, – насторожился охотник.
– Так и должно быть, – улыбнулся Чизер. – Опусти оружие, Брашас. Не смей даже думать о том, чтобы драться. Доверься мне.
– Легко сказать.
– А ты постарайся.
– Тише!
Луч электрического фонаря выхватил из темноты зверя: массивные лапы, лобастая голова, клыки, когти и красные глаза, в которых огнем пылало желание убивать.
Дикая тварь стояла в коридоре. Страшная внешне и беспощадная внутри. Голодная и злая тварь, изготовившаяся к прыжку.
– Ипатый череп, – прошептал Брашас, инстинктивно поднимая карабин.
– Мой маленький, – всхлипнула Белла. – Мой маленький Стуро!
И бросилась к зверю…
– Ключ на шесть! Быстро!
Спорки подал инструмент, и Мойза принялся ловко закручивать разгулявшееся соединение.
– Что же у вас за машина такая, а? Почему в таком состоянии?
– Но…
– Следить надо, ипатый пень! Следить!
– Ты вовремя заметил повреждение, – с уважением произнес шифбетрибсмейстер, наблюдая за работой Рыжего. – Чувствуется опыт.
– Работа такая – все замечать.
На самом деле Мойзе несказанно повезло. С проверкой кузеля он еще справился: нацепил на физиономию маску неудовольствия, тыкал пальцем во все агрегаты, выслушивал доклады и с умным видом кивал в ответ.
Опять же – Мон был рядом, а Мон в двигателях и турбинах понимал больше, чем все они, вместе взятые. Но Мон отправился к пушке, кузель запустили, и Мойза ушел в сторону, всем своим видом показывая, что главный в отделении – местный шифбетрибсмейстер, и влезать в его полномочия он не собирается. Сначала спорки понравилось такое поведение, но через некоторое время стали с подозрением коситься на бездельничающего галанита, и тут, как по заказу, в одном из соединений появилась утечка.
– Все!
– Ты молодец, – одобрил шифбетрибсмейстер. – Внимательный.
– Ладно, ладно… – Мойза отошел к пожарному углу и с независимым видом уселся на ящик. В котором, помимо касок, рукавиц и огнеупорных плащей, хранились противогазы…
…С возвращением Лидера все обрело смысл. Унылое блуждание в темноте, ощущение внутренней пустоты, а главное – странная, противоестественная тоска – все осталось в прошлом. Исчезли неприятные ощущения, уступив место неподдельной радости.
