И Грозный кажется мне надежным компаньоном.
– А меня смущает то, что он убил козла, – хмуро произнес Рыжий. – Завалить такого зверя из моего пистолета очень трудно. В упор, шагов с пяти-десяти еще куда ни шло, но с шестидесяти метров – нет. Нужно попасть в голову или сердце, поэтому я и промазал – целил в сердце.
– А почему не в голову?
– Ею вертят. К тому же у таких тварей прочный череп, а пуля будет на излете.
– То есть ты все делал по науке и облажался. А наш грозный друг…
– Наш грозный друг влепил пулю точно в глаз, видишь? – Рыжий указал на рану.
– Без подготовки, не особенно целясь, стоя под камнепадом.
– Ему повезло, – пожал плечами Тыква. – У везучих людей и в почках бриллианты.
– Или же наш грозный друг – бамбальеро.
– Или так, – согласился Тыква. – Адигены уважают Хоэкунс.
Через сто пятьдесят шагов скалы разошлись настолько, что между ними и речкой сумела разрастись приличных размеров роща местной разновидности кедра – идеальное со всех точек зрения место для привала. Привереда предположила, что Грозный знал о нем заранее, и шутка слегка расслабила напуганных последними событиями женщин.
Приободрившаяся Свечка поинтересовалась, нет ли у него поблизости охотничьего домика, а Куга заикнулась насчет слуг. И оказалась провидицей, потому что Грозный, внимательно оглядев рощу, приказал идти за хворостом.
– У нас будет костер?
– Я не в настроении есть сырое мясо.
– А как мы сделаем костер?
– Подожжем дрова.
Привереда поняла, что обсуждать детали Грозный не собирается, а потому закончила разговор самым правильным способом: отправилась собирать хворост.
За этим она, наконец, смогла поделиться с подругами переполняющими ее чувствами:
– Не похоже, чтобы раньше я занималась чем-нибудь подобным.
– А из цеппеля выпадать приходилось? – язвительно осведомилась Свечка.
Привереда бросила на соперницу высокомерный взгляд и холодно ответила:
– Ни голой, ни одетой.
– В таком случае наслаждайся новым опытом.
– А вам не кажется, что Грозному все это не впервой? – подала голос Куга.
– Падать с цеппеля?
– Путешествовать по горам.
– Может, он охотник, – предположила Привереда. – Адигены это любят.
– Или…
– Экстренный выпуск! Знаменитый путешественник возвращается из опаснейшей экспедиции на Тутомар!
Мальчишка хватает протянутый медяк и сует ей в руки газету. На первой полосе фотография: лысый мужчина хмурится в объектив, а рядом с ним жизнерадостно улыбаются два офицера Астрологического флота.
