Как и всегда, Генри не решается стать частью чьего-то момента.
Так не может продолжаться дальше. Он часть семьи. Он часть всего – всех заголовков, картин, страниц книг в Библиотеке конгресса, выгравированный там рука об руку с Алексом. Он один из них. Навсегда, черт возьми.
– Пойдем! – кричит Алекс, помахав ему рукой. На секунду замерев в панике, Генри задирает подбородок, застегивает пиджак и делает шаг на сцену. Он приближается к Алексу, сияя от радости. Алекс обнимает одной рукой его, а другой – Джун. Нора прижимается к его сестре с другой стороны.
Президент Эллен Клермонт выходит на трибуну.
ФРАГМЕНТ ИЗ ПОБЕДНОЙ РЕЧИ
ЭЛЛЕН КЛЕРМОНТ.
ОСТИН, ТЕХАС. 3 НОЯБРЯ 2020 ГОДА.
Четыре года назад, в 2016 году, как нация, мы стояли на краю пропасти. Были те, кто считал, что мы вернемся к ненависти, агрессии и предубеждениям. Были и те, кто хотел вновь разжечь давно забытые угли раскола в самой душе нашей страны. Вы взглянули им прямо в глаза и сказали: «Нет. Мы не станем этого делать».
Вместо этого вы проголосовали за женщину и ее семью, которые ходили по техасской земле, которые приведут вас к четырем годам прогресса и продолжат ваше наследие из надежд и перемен.
И сегодня ночью вы вновь это сделали. Вы выбрали меня. И я смиренно благодарю вас за это.
Моя семья благодарит вас за это. Моя семья – это дети иммигрантов, люди, которые любят вопреки ожиданиям или осуждениям. Это женщины, решившие никогда не отступать от того, что правильно. Это хитросплетение историй, за которыми стоит будущее Америки.
Моя семья. Семья вашего президента. В течение следующих четырех лет и далее мы сделаем все, что в наших силах, чтобы вы продолжали нами гордиться."
"Второй залп конфетти все еще сыплется им на головы, когда Алекс хватает Генри за руку и говорит:
– Иди за мной.
Все слишком заняты празднованием и многочисленными интервью, чтобы заметить, как они выскальзывают через заднюю дверь. Обменяв велосипеды Лиама и Спенсера на ящик пива, Алекс запрыгивает на свой велик, а Генри, не задавая лишних вопросов, просто поднимает подножку и исчезает в ночи вслед за ним.
Почему-то на этот раз столица Техаса кажется совсем другой, несмотря на то, что совсем не изменилась. Остин, каким Алекс его помнит, это засушенная бутоньерка с выпускного в вазе возле радиотелефона, поблекшие кирпичи рекреационного центра, где он давал уроки детям после школы, пиво, которым угостил его незнакомец на разливе Бартон-крик. Блюда из кактусов, модный холодный кофе.
