Красотка

Он складывал руки на груди, по-наполеоновски дергал ножкой, исподлобья оглядывал замерших актеров, страдальчески закатывал глаза, выхватывал из рук помощницы мегафон и хрипло рявкал в него: «Бездари! Не верю!»

Эту реплику мне самой то и дело хотелось повторить.

А еще в творческой группе сценаристов-постановщиков был кто-то мнящий себя тонким психологом. Наверняка это он поработал над имиджем действующих лиц и исполнителей.

Я не сразу обратила внимание на их наряды – они не резали глаз. Более того, Элеонора Константиновна в элегантном сером костюме показалась мне намного более симпатичной, чем в черном… Еще бы! Ее костюм был почти точной копией моей парадной фрачной пары! И белая льняная блузка под пиджаком настолько напоминала мастерски сложенную салфетку, что у меня просто руки чесались потянуть за твердый крахмальный краешек, чтобы проверить, не позаимствовала ли мадам Сушкина наше с Машкой ноу-хау.

Дама-адвокат была одета в одном стиле с подзащитной, а мужчины облачились в очень близкие по цвету и фасону костюмы – несколько старомодные, но при этом явно новенькие, с иголочки.

У Бегемота даже белая ниточка наметки из шва на плече еще торчала, я разглядела ее невооруженным глазом.

Сначала я не могла понять, кого мне напоминают костюмированные мужчины-адвокаты Сушкиной, а потом сообразила: нашего Плевакина! В очень похожем темно-синем костюме, белой в полосочку рубашке и при галстуке, кроем напоминающем элегантный кухонный фартук, Анатолий Эммануилович выходил со мной к прессе.

Выходит, Сушкина и ее защитники нарочно оделись так, чтобы я подсознательно воспринимала их как своих! Интересный ход, до сих пор никто еще не пытался подобным образом мимикрировать…

Впрочем, Элеонору Константиновну можно понять.

Ее позиция настолько слаба, что имеет смысл хвататься за любую соломинку.

Дело об ущербе деловой репутации – особый случай в судебной практике. В обязанности истца входит только представление доказательств того, что ответчиком распространялась порочащая информация. В случае Сушкиной таким доказательством служат заверенные видеозаписи ток-шоу, на которых Элеонора Константиновна вдохновенно поливала грязью клинику «Эстет Идеаль».

Они представлены суду ответчиком вместе с расшифровками и заверением нотариуса, присутствовавшего при записи программ. Ложность заявлений Сушкиной истец не доказывает! Это она должна доказать, что сведения, которые она распространяла, соответствуют действительности. Такое вот любопытное исключение в гражданском праве.