Красотка

Классика так классика.

«Снежная сказка» – очень хороший фильм, трогательный, веселый и добрый. Мы с дочкой недавно пересмотрели его в рамках своих «осенних дней советского кино». И закаленная Сашка, которую никакими боевиками, ужастиками и триллерами давно уже не пронять, местами искренне смеялась, а один раз даже пустила слезу. Это четырнадцатилетняя-то девица, которую топот приближающейся толпы экранных зомби побуждает разве что ускорить темп, в котором забрасывается в рот попкорн!

Эх, доченька…

Я спохватилась, что некстати отвлеклась, и вновь сфокусировалась на румяном лице адвоката.

– «Бедную девушку Машеньку блестяще сыграла юная Элеонора Сироткина, – тут последовал указующий жест на уже немолодую госпожу Сушкину. – Очевидно, образ кроткой и безответной красавицы, которая бесконечно терпеливо сносит все удары судьбы и не желает зла своим обидчикам, удачно совпал с душевным складом самой актрисы. Критики отмечали удивительную органичность Элеоноры в роли Машеньки, а зрители искренне полюбили ее – после «Снежной сказки» к Сироткиной пришла популярность».

Зал одобрительно загудел: вероятно, не все присутствующие знали, что ответчица Сушкина – та самая Машенька.

Под устремленными на нее взглядами Элеонора Константиновна мило смутилась и склонила голову, пряча порозовевшее лицо.

Мизансцена была отыграна мастерски.

Все увидели, как нежная и безропотная прелестница по-прежнему беспримерно стойко несет свой крест мученицы. И все так же не хочет навлекать напасти на головы нанесших ущерб ее ангельской внешности злодеев, в роли которых на сей раз, как все ясно поняли, выступают сторона истца и «Эстет Идеаль».

– Что-нибудь еще? – я перевела взгляд с вдохновенно лицедействующей Элеоноры Константиновны на ее адвокатов.

Остановилась на Ларисе Айвай – просто потому, что она сидела с открытым ртом, словно в ожидании возможности что-то сказать.

– Просим также приобщить! – госпожа адвокат кивнула коллеге, и тот снова распахнул свою пухлую папку.

Ну, точно Дед Мороз с мешком подарков! Чем не «Снежная сказка»?

Очередной «подарочек» снова пошел по рукам и был явлен миру резвым Бегемотом-Вруновым. Вскочив, он поднял вверх не то измазанные мелом дощечки, не то мутные черно-белые фотографии…

Это вообще что?

– Рентгеновские снимки черепа! – не дожидаясь моего вопроса, с зазывными интонациями аукциониста объявил адвокат.