Крематорий

Угонщик сдерживал себя, чтобы не набирать скорость. Топливозаправщик неторопливо катил к выезду с аэродрома. Включенные на дальний свет фары уже обливали дощатую сторожку.

Охранник вышел к воротам и, прикрываясь ладонью от слепящего света, пытался рассмотреть приближающуюся машину. Никаких указаний насчет того, что кто-то должен выехать ночью, не было, пропуск на разрешение выехать никто ему не оставлял.

Машлак затормозил и высунулся из дверцы.

– Чего ждешь, открывай, – крикнул он.

– А, – обрадовался охранник.

 – Это вы, Игорь Николаевич. А я-то думаю, кто тут ко мне катит.

– Пропуск на выезд завтра утром оформлю, специально для тебя, – пообещал Машлак.

Эта фраза окончательно успокоила охранника. Порядки на аэродроме царили такие, что левые рейсы заправщика со списанным топливом в цистерне являлись правилом, а не исключением. Ну, а то, что на этот раз за рулем сидел сам начальник охраны и машина выезжает не днем, а ночью, – так разное же может случиться. Подвернулся нетерпеливый и осторожный клиент на авиационный бензин, вот и погнали «в ночное».

– Сейчас, Игорь Николаевич. – Охранник принялся ковыряться ключом в замке.

Двигатель заправщика работал неровно, то взвывал, увеличивая обороты, то сбрасывал их. Охранник обернулся слишком поздно: громада заправщика уже надвигалась на него. Он бросил еще не открытую створку ворот, но отскочить не успел. Набиравший скорость седельный тягач снес ворота и припечатал охранника к асфальту. Машлак покосился в зеркальце заднего вида.

Вид неподвижно лежащего тела удовлетворил его. Начальник охраны, конечно, мог и просто снести ворота, но охранник наверняка бы тут же позвонил в милицию. Мог и выехать через открытые ворота, но тогда охранник рассказал бы утром о том, кто сидел за рулем. Свидетель же обязан был молчать. «Хватиться» пропажи – угнанного заправщика – Машлак собирался только утром. И все должно было выглядеть как угон.

Тягач, набирая скорость, выскочил на шоссе. Тяжелая машина шла ровно. Дорогу к дому губернатора Машлак знал хорошо, хотя и не часто бывал там.

Все же для чувственных встреч с пухлой женушкой Радькова он выбирал другие места.

Заправщик пронесся мимо выгоревшего леса. Остовы обугленных деревьев чернели на фоне задымленного неба. За тягачом клубился густой шлейф из пепла.

– Урод, – прохрипел Машлак, выворачивая руль.

На повороте заправщик занесло. Начальнику охраны аэродрома еле удалось выровнять машину.

– Полегче, – приговаривал Машлак, подруливая.