Крематорий

Наверное, хозяева, в спешке покидавшие дом, забыли о нем. В сарае испуганно хрюкали свиньи.

– Эй! – крикнул Ларин. – Есть тут кто-нибудь?

На крыльцо дома еле выбралась заплаканная старуха.

– Дети, дети там, маленькие...

Из сбивчивого рассказа старухи стала ясна одна из трагических ситуаций, сложившихся сегодня в поселке. С утра к ней приехала из города дочка с четырехлетней внучкой и подругой с двумя детьми. Мамы пошли в лес, оставив детей на бабушку. Так уже не раз бывало.

– ... а потом этот пожар... дочка с подругой так и не вернулись.

.. я за детей, хотела увезти подальше... это, когда уже пожар тут начался... а они без мам ни в какую...

– Так где же дети? – Ларин смотрел в затуманенные от слез глаза старухи.

– На чердак забрались, там котята у нас. Я им кричу-кричу, а они слезать не хотят. Без мам никуда. А я старая, сама залезть туда не могу.

Огонь подбирался к усадьбе с юга. Уже трещали, сворачиваясь в трубочки, листья яблоневого сада. Горел сарай. Андрей бросился в дом. Лестница, ведущая на чердак, находилась сразу за дверью на веранде.

Ларин вскарабкался по ней. На чердаке было душно и дымно. Дневной свет пробивался сквозь единственное слуховое окошко на фронтоне. Солнечные лучи, расчлененные частым оконным переплетом, расходились в дымном полумраке веером. Весь чердак был завален каким-то хламом: старый сундук, старомодный круглый стол, поломанные стулья, детская коляска и санки, куча тряпья. Ларин прислушался. За дымоходом кто-то тихо плакал. Он перелез через сложенные в штабель связки газет и журналов. За дымоходом под самым скосом крыши он увидел троих жавшихся друг к другу детей. Голубоглазая светловолосая девочка-ангелок лет четырех глянула на Андрея и тихо произнесла лишь одно слово:"

"– Мама? – сказала она, прижимая к себе мальчика лет трех и его сестричку.

– Мы найдем твою маму, а сейчас пошли. – Ларин никогда не умел разговаривать и обращаться с детьми, своих-то у него не было.

Он с трудом подбирал нужные слова, боясь испугать детей. Младшие ребята громко заплакали.

Андрей растерялся.

– Тебя как зовут? – спросил он.

– Таня.

– А меня Андрей. Меня твоя мама прислала. Сказала, чтобы я вас забрал. Сейчас она прийти не может.

Ларин слышал, как совсем поблизости бушует пламя. Где-то неподалеку трещал и взрывался шифер. Крыша дома уже накалилась, к ней невозможно было притронуться. Таня погладила плачущего мальчишку по голове. У парнишки из разреза рубашки выглядывали два совсем маленьких котенка: серый в полоску и огненно-рыжий.