Кремлевские звезды

Мог бы головой нос разбить, но я же добрый.

— Успокоился, майор? — участливо интересуюсь я.

— А-а-а, — начинает подвывать он, хватаясь за голову а потом вдруг резко бьёт правой, пытаясь меня подловить.

Естественно, я ухожу от удара, подныриваю под руку и выскочив у него практически за спиной несильно, подчёркиваю, несильно бью локтем по печени. Он хватается за бок, сгибается в три погибели и стонет, как будто по нему каток проехал. Штабная крыса, не иначе, что за мужик, честное слово, а гонору-то сколько было. М-да…

— Егор! — вдруг раздаётся гневный окрик.

 — Вы что, тут с ума посходили?! Что ты устроил?!

— Тётя Ира, ты может, конечно, думаешь, что я его с вечера припас, чтобы утром набуцкать, но нет, он меня сам поджидал и набросился. Видишь, как загримировался? Арсенчик твой, весь чёрный. Чёрный Арсен.

— Прекрати, Егор! Зачем ты его избил?

— То есть лучше, если бы он избил меня? Ну, ты даёшь… тётя…

— Всё, уходи, ничего не говори, пожалуйста. Арсений, иди сюда, пошли со мной. Нашёл с кем связываться он же чемпион всего на свете.

Вставай, вставай. Егор, вот уж правда, не ожидала от тебя. Иди с глаз моих.

Нет, что у женщин, вернее, вот у этой конкретной женщины в голове? Я стою, как оплёванный, руки в стороны, мол какого хрена, но она на меня даже не смотрит. Дура. Он ей же будет мстить за это поражение. Потому что он самый настоящий козёл. Я их, козлов этих, насквозь вижу, повидал на своём веку. Но делать нечего, приходится удалиться.

По пути до гостиницы больше никаких приключений не случается.

Я дохожу до метро, доезжаю до своего «Проспекта Маркса» и выбираюсь из-под земли наружу. Отправляю ребят на завтрак и прошу у Злобина бронь на три билета.

— Так, Егор, записывай телефон моего помощника, а то я как секретарша у тебя, то гостиница, то билет. Работать некогда уже. Всё, меня по этим вопросам не дёргай больше, а то сотру в твоей памяти свой номер телефона вместе с половиной головы. Понял меня?

— Так точно, товарищ полковник.

Я прилетаю домой и жизнь вдруг сбавляет темп.

Внезапно. Неожиданно. Раз, и будто отрезало. И появляется время на тренировки и прогулки с Раджой, что, само по себе, очень хорошо, конечно, но слишком странно. Странно осознавать, что приключений больше нет. Неужели всё так хорошо отлажено, что больше не требует постоянного внимания? С другой стороны, разве не об этом мы мечтали?

Цвет сидит тихо, про сходку молчит, со мной не собачится. Изображает братскую любовь. Может, действительно возлюбил, как самого себя.