– Здесь нужны другие мозги!
– А если пушка не стрельнёт? – воинственно запротестовал молодой человек.
– Вот если не стрельнёт, тогда и займёшь моё место! Сиди и не вмешивайся! Я готов, командир!
– Погнали! – бросил Максим. – Вика, прикажу стрелять – стреляй!
– Поняла.
Самолёт сорвался с места, свечой ввинчиваясь в небо.
Песчаная полоса легла под ним жёлто-оранжевым застывшим морем.
Первые носорогопауки уже вышли к кратеру и двигались к скальному поднятию, увенчанному створками раскрывшегося купола над шахтой с «эйфелевой башней».
Через несколько минут чудовища, созданные каким-то другим этносом Демонов, должны были взобраться на возвышенность, и Крепость была бы обречена на уничтожение.
Максим нацелился на ближайшего к шахте гиганта.
– Вика, бей!
Нос самолёта «чихнул» разрядом, достигшим монстра за долю секунды, и превратил его в облако быстро редеющего тумана.
– Атас! – крикнул Костя, захохотав. – Круши гадов! Это вам не пуля калибра пять миллиметров!
Максим подвернул самолёт.
– Огонь!
Ещё одна прозрачная молния прянула вниз, превращая очередного носорогопаука в пыль! Даже не в пыль – в атомарную взвесь! В ничто!
Роботы «центра обороны» начали искать рогами грозного противника, в небо полетели струи горячего воздуха, и Максиму с Редошкиным пришлось проявить всё своё боевое мастерство, интуицию и реакцию, чтобы не подставить самолёт под разряды и при этом дать возможность Веронике поражать роботов одного за другим.
Бой с демонстрацией высшего пилотажа, на который оказался способен «демонский» истребитель, длился не больше минуты.
Последний выстрел снёс оставшемуся в одиночестве носорогопауку башку, туловище гиганта упало в кратер, и Максим поднял аппарат выше, обозревая покрытое редкими обломками носорогопауков и полосами опадающей пыли поле боя.
– Конец! – заорал Костя, вскакивая. – Мы победили!
Вероника всхлипнула.
Максим сбросил свою корону, подсел к ней и обнял…
Глава 24
Своих не бросаем
Усталость взяла своё, и он после часового бдения в самолёте, барражирующем над песками в поисках подкрадывающегося противника, отправился в жилой сектор Крепости прикорнуть в тишине и покое, сопровождаемый Вероникой.
Сон навалился могильной плитой, едва голова коснулась изголовья «демонской» кровати, и Максим погрузился в космическую темноту, не почувствовав, как девушка поцеловала его в подбородок.
Никаких снов он не видел, а проснулся, или показалось, что проснулся, от неясного ощущения, что он не один в спальне.
