Точилин вернул рога системы управления Сергею Макаровичу, снова подсел к креслу Вероники, заговорил о каких-то своих путешествиях на земные острова (прозвучало словечко Мальдивы), где он бывал неоднократно, сравнивая их экзотическую растительность с пейзажами Большого Леса.
Максим краем уха прислушивался к их беседе, но через полчаса под самолётом показался пояс жёлтых песков, и отвлекаться стало некогда.
– Смотрите внимательно!
Разговоры в кабине стихли.
Самолёт снизился до полукилометровой высоты, и перед ним открылся город-музей, выращенный Лесом неизвестно для чего и неизвестно для кого.
Во всяком случае, над этим вопросом стоило поразмышлять, так как по человеческим меркам памятники, посвящённые врагу, на Земле не ставились (если не считать Украину, где в начале двадцать первого столетия ультранационалисты вопреки воле народа страны стали возводить памятники фашистским прихвостням Бандере и Шухевичу), и Лес не должен был строить музей в память о своём противнике. Но псевдогород существовал реально, и мысль о причинах такого великодушия занозой сидела в голове, не находя ответа.
– Что это? – осведомился Плащинин.
– Я рассказывал: перед вами город, который зачем-то вырастил Лес.
Несколько минут в кабине самолёта Крепости царила тишина. Всем было интересно полюбоваться на дома, не собранные из кирпичей или бетонных плит, а чудесно выращенные по какой-то программе разумным лесом.
– Необычная архитектура, – проговорил Новожилов.
– Здания все деревянные? – спросил Плащинин.
– Все сплетены из прутьев и лиан.
– Да ты что! – поразился Костя. – Жесть! Давай сядем где-нибудь, осмотрим какое-нибудь строение!
Максим хотел было ответить отказом, но принял другое решение:
– Товарищ генерал, позвольте?
– Топлива хватит? – поинтересовался Плащинин с ноткой благодарности в голосе за то, что им же назначенный руководителем отряда майор спецназа проявил уважение к старшему по званию.
– Он летает не на керосине, товарищ генерал, – произнёс Редошкин. – Возможно, на электротяге, а может быть, и на другом виде энергии.
– Специалист! – пренебрежительно фыркнул Точилин.
Редошкин проигнорировал реплику лейтенанта.
Лесолёт повернул к центральной площади города.
Зависли над замком с его башнями, образовавшими своеобразный трезубец.
– К сожалению, габариты нашего транспортника не позволят проникнуть внутрь. Я летел из Крепости на мотоцикле, поэтому и протиснулся в главную башню."
"– Пройдёмся пешком, – небрежно сказал Точилин.
