Сергей Макарович улыбнулся.
– Интересно у тебя повёрнуты мозги.
– Так ты сочиняешь?! – возмутилась Вероника.
Костя расхохотался.
– Я всего лишь немного преувеличиваю. А что, разве такого не может быть?
– Сказочник! – фыркнул Мерадзе. – Тебе бы романы писать.
– Вернёмся домой, обязательно напишу, – пообещал развеселившийся молодой человек.
Дирижабль окунулся в сумрак жерла шахты, сгущавшийся по мере погружения до тех пор, пока перестали быть видимыми её стенки.
– Прожекторов этот баллон не имеет? – поинтересовался Сергей Макарович.
– Бог его знает! – ответил Мерадзе. – Здесь ведь нет ни руля, ни панели управления, рукояток и кнопок. Три колечка перед глазами и всё. А на мысленные запросы комп не отвечает.
– Я ничего не вижу. Не разобьёмся?
– Мы опускались строго по вертикали, по оси, если продолжать спуск в том же темпе и не маневрировать, ничего не случится.
– По моим расчётам, мы опустились уже на полкилометра.
– По моим тоже.
– Надо было взять фонарь, который привезли хлопцы генерала, – сказал Костя.
– Если только его не взял с собой Макс.
– Как бы ты им воспользовался?
– Открыл бы люк, посветил по стенам, что-то удалось бы разглядеть.
– К сожалению, фонаря у нас нет.
– Если через несколько минут не увидим дно – возвращаемся, – сказал Сергей Макарович.
– Слушаюсь, товарищ полковник!
Дальше опускались уже в полной темноте, «на ощупь», со скоростью не выше метра в секунду.
– Ничего себе пушечка! – сказал Костя. – Кстати, вам не кажется, что стало легче?
Действительно, все почувствовали изменение силы тяжести, будто аппарат двигался не внутри планеты с массой не ниже земной, а внутри Луны.
Мерадзе хотел было уже остановиться, когда увидел глубоко внизу круглое пятнышко света, проявившееся звездой на фоне полного мрака.
– Товарищ полковник!
– Вижу, – ответил Сергей Макарович. – Продолжаем движение.
– Интересно, что там может светиться, – возбудился Костя. – Может быть, ядро?
– Брось свои подначки! – рассердилась Вероника.
Опустились ещё на несколько сот метров.
Пятнышко света превратилось в кружок, начавший расти по мере приближения к нему.
– Нет, не ядро, – озадачился Костя, подскакивая на сиденье: сила тяжести уменьшилась настолько, что любое движение руки или головы вызывало реакцию всего тела.
В какой-то миг даже наступила полная невесомость, породившая изумлённое восклицание Кости и тихий вскрик Вероники.
– Может, вернёмся? – спросил Мерадзе.
– Там выход, – сказал Сергей Макарович. – Летим дальше, немного осталось.
