– Пока мы будем искать способ…
– Пока мы не наломали дров. Когда иностранцы разъедутся по своим институтам, тогда и подумаем, стоит ли заниматься… – Шарий хмыкнул, – червоточинами.
Дорохов сжал зубы, перекусывая готовое сорваться с губ возражение. Он понимал, что Шарий озвучивает не своё решение, а решение президента, с которым спорить не стоило, но в голове занозой торчало: это же предательство… предательство по отношению к пропавшим без вести бойцам ГРУ… предательство, как ни объясняй приказ «заботой о человечестве»… И согласиться с ним означало потерять уважение к самому себе.
– Вы лично говорили с президентом?
Шарий понял мысль заместителя."
"– Почему это вас волнует? Да, лично. Он не согласился с моими доводами.
– Понятно.
– Выполняйте указ.
– В таком случае я подам в отставку.
Шарий мигнул, не сразу вникнув в смысл тирады генерала.
– Что вы сказали?!
– Я намерен подать в отставку, товарищ генерал-лейтенант! – сказал Дорохов, вдруг почувствовав облегчение.
Решение было спонтанным, но единственно правильным.
– Вы понимаете последствия…
– Так точно! Я считаю решение главнокомандующего неверным. В сложившихся обстоятельствах нельзя делать шаг вперёд и два шага назад! Разрешите отбыть в главк для подачи письменного заявления?
Кровь бросилась Шарию в лицо, но сдерживаться директор ФСБ умел. Сказал глухо:
– Не разрешаю! Даю двое суток на размышления. Не передумаете – вернёмся к этому разговору. А пока что выполняйте мой приказ.
– Слушаюсь! – деревянным голосом ответил Дорохов, выключая арвижн-систему.
В палатку вошёл Савкин, с откинутым капюшоном, с обросшими изморозью волосами.
– Андрей Тарасович, вы обедали? А то сходим вместе.
Дорохов снял очки, помял ладонями лицо.
– Закурить дашь?
– Вы же не курите.
– Тут не только закуришь, но и запьёшь.
– Что случилось? – Савкин достал пачку сигарет с надписью по-английски «Тюркиш», с двумя золотыми ободками и без антирекламы, какой снабжались пачки сигарет в России.
Дорохов вытащил одну коричневую соломинку, сунул в рот, подождал, пока полковник поднесёт зажигалку, втянул дым, закашлялся и с отвращением выплюнул сигарету.
– Дерьмо!
– Что вы хотите от турок, – улыбнулся полковник. – Хорошего они ничего не предложат, зато в этих сигаретах есть махонький процент гашиша. Контрабанда, однако.
– Ты пользуешься турецкой наркотой?
– Только в исключительных случаях, когда надо расслабиться. Что случилось? У вас вид человека, потерявшего кошелёк с крупной суммой денег.
