Крепость надежды

На широком ремне — так и не понадобившийся ниргалу меч в простых кожаных ножнах, тут же — небольшая сумка с запасом арбалетных болтов. Но все это меркло по сравнению с головой ниргала, которую закрывал плотно прилегающий глухой металлический шлем. Две узкие щели для обзора, несколько крохотных отверстий напротив ушей, носа и непонятное круглое отверстие напротив рта. В таком шлеме обзор минимален, словно у лошади с шорами на глазах. С другой стороны, настолько защищенному воину нечего опасаться внезапной атаки — доспехи выдержат любой удар.

Абсолютно защищенный против обычного оружия воин и, как мы уже успели убедиться, не ведающий страха и усталости. Заглянув в узкие щели шлема, я увидел лишь темноту. Кто же ты такой?

Ухватившись за шлем, я попытался снять его, но безуспешно. Тот не сдвинулся, а я лишь заляпал руки густой кровью.

— Рикар, помоги стащить с него шлем.

— Не получится, господин, — развел руками здоровяк. — Я уже пробовал. Да вы сами взгляните — шлем и кольчуга на шее словно сплавлены в одно целое, а сверху еще и чешуя.

Похоже, они шлемы никогда не снимали. Я и перчатку с руки сдернуть пытался — сидит намертво. На доспехах нет ни ремней, ни пряжек. Голыми руками тут не справиться.

— Но… Рикар, это же ерунда получается — они что, доспехи никогда не снимали? Как они ели, пили?

— Кто знает, — пожал плечами здоровяк. — Это знают лишь они сами и тот, кто их натравил на нас. Если удастся перехватить старика и доставить живым, то его и поспрошаем.

— Если он удосужится ответить, — усмехнулся я, глядя на мертвого ниргала.

— Ответит, — процедил Рикар, сверкнув глазами. — Пылающий костер, острый нож — и он расскажет вам все без утайки. Хотя, судя по всему, знает он немного.

— Интересно. Почему ты так решил?

— Старик — глупец, господин, а глупцу тайн не доверят. Поверьте, будь у меня в подчинении несколько таких вот образин, я бы сровнял наше поселение с землей. Послать ниргалов в лобовую атаку на крепостную стену мог только полный глупец.

Стоило им скрытно подойти под покровом ночи и взобраться — наша судьба была бы предрешена. Сегодня нам несказанно повезло.

— Не могу сказать, что твои слова меня обрадовали, — заметил я, вставая. — Хотя и согласен с тобой — старик всего лишь слуга. Вопрос, кто его послал по мою душу. Но поверь — придет время, и мы это узнаем.

— Да, господин. А как узнаем, то найдем и перережем ему глотку от уха до уха, — кровожадно ухмыльнулся здоровяк.