Я увезу ее за границу, и Константин Николаевич, возможно, забудет ее. Помогите нам. Он вооружил всю дворню. Я один не могу ничего сделать и…
— Почему я должна помогать вам?! — взорвалась вдруг Татьяна и вскочила на ноги, сжав кулачки. Андрей тоже встал и непонимающе посмотрел на княжну.
— Татьяна Николаевна, вы обещали позаботиться о Груше, — произнес Андрей. — А сейчас она нуждается в вашей помощи.
Она злобно посмотрела на молодого человека и прошипела:
— Как же мне надоела эта ваша Груша! Когда она рядом, все только и смотрят на нее.
А на меня никто внимания не обращает, как будто я пустое место!
— Вы не поняли меня, — начал Андрей.
— Все я прекрасно поняла! — сквозь зубы процедила Татьяна и прищурилась. В этот момент вошел слуга с подносом. — Пошел вон! — закричала княжна таким мерзким и пронзительным голосом, что молодой человек поморщился. Слуга исчез, а Татьяна продолжала: — У меня тоже есть сердце, Андрей, и оно тоже может любить! — Елагин удивленно посмотрел на княжну. — Неужели вы не видите, что я люблю вас! Ваша Груша никогда не сможет любить вас больше, чем я.
Только мучить вас будет и все. А я смогу вас сделать счастливым!
Княжна подошла к безмолвному, опешившему от ее признаний Елагину и обвила его шею руками. Она начала целовать его в губы и шептать:
— Андрей, давай уедем. Вот увидишь, ты позабудешь эту гадкую Грушу. Я нарожаю тебе кучу детишек. Всегда буду верна тебе.
Елагин почти грубо отстранил княжну от себя.
— Татьяна Николаевна, вы что? — произнес он ледяным тоном.
— Мне льстит ваше признание, но я Грушу люблю.
На некоторое время Татьяна замерла, а затем закричала:
— Ах ты, противный плебей! — отшатнувшись от него, княжна начала хлестать ладонью Елагина по щекам. — Как ты смеешь так унижать меня?!
— Татьяна Николаевна, опомнитесь! — начал Андрей, схватив руки княжны за запястья и пытаясь образумить ее. Татьяна вырвалась из его рук и отскочила обратно к креслу, в котором сидела пару минут назад. — Как же вы так можете?! — произнес Андрей, качая головой.
— У вас ведь есть все: и положение в обществе, и богатство, и свобода. А у нее ничего. Она так несчастна. Помогите ей, зачем же вы хотите еще и последнюю надежду на спасение отнять у нее?
— Прекратите говорить о ней! — закричала фальцетом Татьяна и вновь бросилась с кулаками на Елагина. Он ловко отскочил в сторону, и она, промахнувшись, тяжело упала на колени на ковер.
— Вы можете возненавидеть меня, — констатировал факт Андрей.
