— Мы опасаемся за мальчика. Сами понимаете, как это всё выглядит.
— Нет! Не понимаю! — Роман был раздражён. — Что в этом такого? Живёт и живёт. Вы не думали, что, может, ему больше негде жить?
— Конечно, думал. Но не слишком ли затянулся визит вашего друга?
— Какое вам дело? И вообще, какое вы имеете право лезть в чужую жизнь?
— В вашу не имею, но вот жизнь и здоровье ученика как физическое, так и психическое — на совести школы в том числе! — голос его стал громче.
— У меня больше нет желания с вами разговаривать! Всё это гадкие инсинуации! — взорвался Роман.
— Вы не кричите! Лучше подумайте о будущем вашего ребёнка! Или вам важнее эти нездоровые отношения?!
— Какие отношения! Вы хоть сами понимаете, в чём пытаетесь обвинить меня сейчас?! Не боитесь, что я подам на вас в суд за оскорбление чести и достоинства?! — Роман чувствовал себя лисицей, загнанной в угол, которая понимала неотвратимость своей плачевной участи, но продолжала отчаянно сопротивляться.
— А вы не боитесь?! — Никитин набычился. — Что если правда вскроется, то уже самому придётся предстать перед судом на предмет родительских прав в отношении мальчика?!
— Нет! — Крестовский ошалело улыбнулся, мотая головой. — Нет! Вы не сделаете этого!
— Сделаю, — тихо произнёс Сергей Петрович, кивнув в подтверждение своих слов. — Ещё как сделаю!
Роман плюхнулся на стул и обхватил голову руками, натягивая кожу на висках. Всё происходящее казалось каким-то нереальным.
В комнате воцарилось молчание. Нина Ивановна испуганно хлопала глазами, переводя взгляд с Романа на Сергея Петровича и обратно.
Чёрт! Кажется, эта старуха права. Внутри у Никитина всё кипело. Он выяснил для себя, что хотел. Но какими должны быть дальнейшие действия, пока не мог сообразить. Нужно всё хорошенько обдумать. Попросить отца перевести мальчика? Это был, несомненно, правильный вариант, но мозг не хотел на этом останавливаться, продолжая штурм. А что, если подтвердятся догадки старой грымзы по поводу совращения? Ведь его, как представителя школьной администрации, могут привлечь за бездействие.
Может, он и выкрутится. Но что, если скандал раздуют? А ведь-таки раздуют. Никитин — следующий кандидат на должность главы муниципального округа и врагов у него немерено. Ну почему эта голубая история случилась именно в его школе? Что, школ по Питеру мало? Ещё эта Нина Ивановна — пережиток советского прошлого.
