Высекая по всему телу искры, штормовым валом ударяет в голову и, словно достигнув берегового предела, скатывается обратно.
– Ах…
Не успеваю выдохнуть, как Яр извлекает из меня язык и, собирая соки, вьет им парализующие узоры выше. Удар… Точечное попадание в центр моей женской сущности… И, Господи, я взрываюсь! Буря все пределы нарушает. Раскаленными лучами полностью тело прошивает.
Я кричу, пока хватает дыхания. Затем, рывками втягивая минимально-необходимое количество кислорода, протяжно стону и под конец растерзанно мычу.
Замолчать не могу. Слишком сильная энергия переполняет.
Качает. Качает. Качает.
Трясусь, дергаюсь и издаю гудение, как труба мультяшного парохода.
Осознаю, что Ярик выпрямляет мои ноги, лишь распознавая отголоски боли в затекших мышцах. Лица касается горячее срывающееся дыхание, и его крепкое тело вновь придавливает меня к матрасу.
– Мне тяжело… Я не успела отдышаться… И сейчас, когда ты навалился, кажется, задохнусь… Яричек…
Прихватывая меня, он совершает быстрый переворот.
Сообразить не успеваю, каким именно путем положение наших тел меняется. Бесплатная и яркая демонстрация того, что годы занятий боевым самбо для Градского зря не прошли.
Он оказывается на спине, а я сверху на нем.
– Что ты хочешь? – спрашиваю в свою очередь. – Что мне сделать?
Еще не отошла, но уже по новой разгораюсь. Хочу, чтобы ему было так же хорошо, как было мне.
– Садись сверху…
Вот только спокойно исполнить эту просьбу возможности не предоставляет.
Сам меня за колени дергает, и я буквально шлепаюсь раскрытой плотью на его пах. Соприкосновение с твердым членом выбивают из моей груди сдавленный вскрик.
– Поцелуй… Поцелуй меня, Маруся… – шепчет Ярик сквозь сжатые зубы.
Наклоняюсь и выполняю. Целую ласково и страстно, намереваясь руководить процессом. Однако его загребущие ладони тут же ползут к моей заднице. Пальцы приближаются… к слишком сокровенному.
Дергаюсь, пытаясь отстраниться и соскочить. Но правая рука Яра обхватывает меня от плеча до плеча и придавливает обратно.
Мы сталкиваемся ртами. Я инстинктивно раскрываю губы, и его язык тотчас врывается. А левая рука… Она снова скользит по моей ягодице. Жадно сминает и жестко шлепает.
Ах ты ж, гад…
Давай еще!
– Яричек… Яр… Яр…
Вновь сжимает и притискивает к члену. Затем сильные и настойчивые пальцы подбираются к моей раскрытой плоти.
