Когда за сотрудниками уголовного розыска закрылась дверь и прощально прозвенел колокольчик, старик, продолжавший глядеть в одну точку на обшарпанной двери, сказал, обращаясь сам к себе:
– До революции я знал, за что плачу городовому. Но эти новые люди, выкованные революцией и войной, совсем другие… душу вынут за обман, все-то у них должно быть по справедливости. А уж о деньгах и вовсе не заикайся, тебя же еще и посадят за подкуп. – И с горечью в голосе, в котором хорошо были заметны нотки уважительного отношения к только что покинувшим его заведение людям, пробормотал: – О времена, о нравы!
Оказавшись на улице, Орлов неожиданно остановился у порога, с удовольствием выслушал тонкий звук колокольчика, еще долго вибрирующего в теплом воздухе, хмыкнул и задумчиво сказал:"
"– Улица Иванькова у нас относится к третьему отделению милиции.
Думаю, нам следует туда съездить, вдруг какой-нибудь законопослушный гражданин случайно нашел документы, сброшенные Павликовым. Чем черт не шутит, вдруг там на наше счастье окажется регистрация, пускай даже временная.
Съездим по адресочку и посмотрим, что там за хлюст проживает. Если часы принадлежат ему это одно, а если он их украл у геройского человека, это другой коленкор. Можем ведь и под статью подвести за кражу ценного подарка. Как думаешь, Журавлев? Чего вы, братцы, раскисли, как барышни? Выше голову, сказал палач, накидывая петлю. Пошли! – Орлов махнул рукой. – Я же вас, дурней, насквозь вижу, – он беззлобно хохотнул, – уж больно вам хочется самим все расследовать.
Ну что ж, действуйте! Заболотников, едем в третье отделение. Быстро!
Третье отделение милиции размещалось в бывшем двухэтажном особняке купца Мелихова. Чтобы попасть в здание с улицы, надо было пройти через контрольно-пропускной пункт, расположенный на входе у ворот, за высокой кирпичной стеной.
Заезжать на территорию Орлов посчитал нецелесообразным и отрядил в дежурную часть Журавлева и Шишкина.
– Одна нога здесь, другая там! – напутствовал он, с ухмылкой поглядывая на молодых сотрудников угро, изъявивших желание действовать самостоятельно.
– И не возвращайтесь, если запорете мне операцию! – крикнул Клим вдогонку, видя, с какой поспешностью оперативники скрылись в калитке, и от души расхохотался. А отсмеявшись, уже вполне серьезно сказал, доверительно делясь с водителем своими мыслями: – Как только у нас в городе юршкола откроется, так сразу отправлю их учиться. Правильные опера, ответственные, толк из них точно выйдет.
