Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль

Разговор продолжался минут тридцать. Наконец в кабинет, где они сидели, вбежал Сашка и, держась за живот, обратился к Андрею:

– Представляешь, Андрюха, какая хохма получилась! – Он быстро оглянулся по сторонам, проверяя, не слышит ли их кто. – Представляешь, операцию сломали важную!

– Оказывается, только что приехали фээсбэшники, с ними несколько следователей из Следственного комитета России, в звании не ниже полковников и с такой претензией к нашему руководству!

– Оказывается, они его два года пасли! Два года Павел Васильевич Захаров был в разработке ФСБ и Следственного комитета! А тут Московский РУОП поторопился и все им сломал! Представляешь? Они там кричат друг на друга, – давясь от смеха, говорил Александр.

– Что делать – поспешили так поспешили, – сказал, улыбаясь, Андрей. – Давай пойдем выпускать Павла Васильевича!

– Сейчас там такой скандал будет! Вот увидишь, погоны полетят!

– С какой стороны – с нашей или с их?

– А это уж как карты лягут, – ответил Александр, садясь за стол.

Карты в дальнейшем легли плавно: никто не пострадал.

Конечно, было недоразумение по поводу нестыковки планов двух спецслужб в отношении фигуранта по одному и тому же уголовному делу Павла Васильевича Захарова. Ну что ж, бывает брак в любой работе! Особенно если она связана с секретными функциями.

К тому времени Андрей уже знал, что начались активные допросы всех, кто находился на вилле Цируля. Всех привезли на Шаболовку и стали усиленно допрашивать. Андрею не хотелось идти домой.

Ему, наоборот, было любопытно узнать, действительно ли произошла серьезная разборка между фээсбэшниками и руоповцами.

Он взял листок бумаги и по коридору пошел в направлении кабинета, где сидело руководство РУОПа. Листок бумаги он взял не случайно – как будто шел за подписью. На самом деле было бы смешно подписывать какие-либо документы около полуночи. Но тем не менее он шел.

Он приблизился к самым дверям кабинета, когда оттуда вышли люди в штатском, разгоряченные, с красными лицами. Видимо, это и были фээсбэшники и следователи.

За ними шел Рогозин. Увидев Андрея, он остановился и, окликнув его по фамилии, подозвал к себе.

– А ты что тут делаешь? – спросил он.

– Как что – работаю.

Полковник взглянул на листок.

– А это что за бумага?

– Да вот, подписать надо.

– Что, ночью подписывать будешь? Иди отдыхай. Ты же жаловался, что недосыпаешь, что у тебя работы много, что дежуришь, а после дежурства тебя на операцию вызывают, – вот и иди, отдыхай! Завтра приходи.